Книга Идеальный донор. Академия-2, страница 123 – Наталья Бутырская

— Нет! — перепуганно воскликнул галчонок. — Конечно, нет. Я должен только собрать сведения и передать их следователю. А дальше он уже сам решает, что делать. Вы позволите?

— Хорошо. У нас в последний раз пропала одна девчонка этой весной. Ее и не найти теперь.

— Ничего-ничего. А вы мне все расскажете? Или лучше пойти к ее родителям? Вы разрешите? — галчонок смотрел с такой надеждой, что староста мысленно усмехнулся.

Карьеры этот юноша точно не сделает, так и будет прозябать в служках до старости, все будут им помыкать, а он будет лишь улыбаться и благодарить за учение.

— Мне тут лясы точить с тобой некогда. Так что сходи к семье Ли, там все и разузнаешь.

— Благодарю вас. Спасибо! — галчонок от радости поклонился раз десять…

— Только ты говори с ними поувереннее. Посолиднее, что ли. Крестьяне, как собаки, понимают только силу и власть.

— Конечно. Благодарю вас.

Он быстро побросал вещи обратно в мешок, уронил коробку с кистями, тут же поднял ее, еще раз извинился и поспешно вышел из дома.

В доме Ли служка повел себя иначе. Он сразу прошел к столу, сел, по-хозяйски смахнул крошки, вытащил бумагу, белую-белую как луна, положил рядом кисти, тушечницу и начал растирать тушь.

— Воды, — коротко бросил он, и сам хозяин дома метнулся и принес ему чистой воды в чашке.

Служка отлил в тушечницу немного, взял кисть, обмакнул в тушь, занес ее над листом бумаги и строго сказал:

— Теперь рассказывай!

Хозяин, приземистый низкорослый мужчинка, оглянулся на жену в поисках поддержки и выдохнул:

— Так что говорить прикажете, уважаемый господин?

— Запираться вздумал? — служка слегка нахмурился, и крестьянин совсем струхнул. Бухнулся на колени, стукнул лбом в пол.

— Прошу снисхождения к глупости этого недостойного. Верно, я провинился, да только никак не смекну как.

— Куда дочь дел?

Крестьянин нерешительно приподнял голову.

— Так вот она. И еще две дочки сейчас со скотиной. Вам которую надобно? Еще два сына, мелкие, зато бойкие.

— Староста сказал, что весной у тебя дочь пропала.

— Д-да, старшенькая. Мингжу. Такая помощница была… — несчастный отец даже забыл, о чем говорил, когда увидел, как служка четкими быстрыми движениями что-то написал.

Его семья, как и все остальные в деревне, была неграмотной, и умение писать им казалось чем-то сродни магии. Наверное, потому все грамотные — такие умелые маги.

— Продолжай. Расскажи про Мингжу. Как она пропала? Сбежала? Бил ее? Или замуж не пускал, чтобы она с детьми сидела? Голодом морил? Кто ей помогал? Может, мать?

Женщина, стоявшая возле двери, повалилась на колени вслед за мужем, а за ней и детишки. На всякий случай.

— Нет, многоуважаемый господин. Мингжу жила, как и все. Работала в поле, за скотиной ходила, ткала по вечерам. Бить бил, но нечасто и несильно, только если лениться начинала. Девки — они такие. За ними глаз да глаз нужен. Замуж ей рано было, мы хотели еще пару лет подождать, а уж потом… Голодом… Так ведь все порой голодаем, как же без этого.

— Она сама ушла или забрал кто?

— И так, и так получается.

Служка поднял голову от бумаги и строго посмотрел на крестьянина.

— Она всегда дурной была, — возопила мать. — Говорила, что выйдет замуж за чиновника, не меньше. Я говорила, куда ей до чиновника! И кожа темная, и руки грубые, и сама глупая, кому она нужна? Перебесилась бы и успокоилась. А тут повадилась она гулять по вечерам, подружки ее говорили, что незнакомый парень с ней ходил. Думаю, он и увел, и не силой, а уговорами.