Книга Идеальный донор. Академия-2, страница 106 – Наталья Бутырская

Почти каждую ночь мне снились те немногие девушки, с которыми я был знаком. То красавица Лули, поминутно меняющая наряды от самого строгого до легкого, почти фривольного, в котором она однажды вышла ко мне. То скромная Ао Минь в красных вышитых туфлях, прижимающая амулет магического зрения ко лбу. То откровенная Юэ Сюэ, умоляющая забрать ее из деревни и обещающая сделать все, что я пожелаю. И каждый раз я просыпался в поту, лицо горело от жара стыда и желания. Видимо, не зря брачный возраст начинался с шестнадцати лет.

Хорошо, хоть Мэй ни разу не появлялась в подобных снах. За то время, что мы провели под одной крышей, я настолько привык к ее присутствию, что относился к ней как к строгой старшей сестре, которая любила поучать своих несмышленых братиков в лице Теданя и меня.

Мама никогда не говорила со мной на такие темы, но в Черном районе вся жизнь людей была на виду. Все знали, кто к кому захаживает по ночам, и у кого сложились постоянные пары. Да и Тедань не раз хвастался своими успехами у женщин, говорил, что и на первой практике, где он отыгрывал господина, к нему по ночам захаживала одна служанка. И в деревне на празднике сева он очаровал местную крестьянку, хотя я не заметил у него привязанности к кому-либо.

— Жизнь коротка, а красивых женщин так много, — любил он повторять.

А ведь я помнил, как он выпрашивал поддельный амулет для привораживания идеальной жены перед поступлением в Академию. М-да, ему учеба явно пошла на пользу. Тедань и прежде был убежден в собственной уникальности, а теперь у него пропали последние сомнения. Жаль, что он все больше подпадал под влияние Кун Веймина.

Тедань нынче часто разглагольствовал о несправедливости этого мира и о том, что мы должны все исправить. И хотя он еще не понимал, каким способом мы будем достигать благоденствия и восстанавливать всеобщий баланс, но был убежден, что действовать надо. Через год-два Кун Веймину будет достаточно указать на императорский дворец, и мой друг ринется туда в первых же рядах.

Я пытался раскрыть ему глаза, обсуждал разные варианты, показывал уродство насильственных методов, но он не слышал меня. Я понял, что полностью потерял своего друга, когда он обрезал волосы, убрав синие кончики. Словно вместе с нелепым цветом он утратил и ту частичку себя, которая меня так радовала. После этого Тедань начал одеваться в строгую одежду, напоминающую кроем одеяния Кун Веймина, завязывал волосы в пучок и все больше погружался в зубрение иероглифов и классических трудов, необходимых для сдачи экзамена на чиновника.

Кун Веймин принял меня так же, как всегда, сидя за столом заваленным бумагами. Он сухо кивнул, приглашая присесть, дописал очередной документ, затем строго посмотрел на меня.

— Юсо Шен. В очередной раз удивляюсь, как столь незначительный по происхождению ученик может доставлять хлопот больше, чем любой другой ученик из благородной и высокопоставленной семьи.

— Прошу прощения за невольно причиненные проблемы. Но этот ничтожный… — тут я осекся. Я не хотел использовать вежливые фразы с самоуничижительным оттенком. — Я не понимаю, как вас обеспокоил в этот раз.

— В самом начале зимы мне пришел запрос от «Золотого неба» с вежливой просьбой разрешить ученику Академии Юсо Шену один свободный день для гостевого визита. Обрати внимание, запрос был не от Джин Фу, а от самого торгового дома.