Книга Развод с драконом. Платье для его новой невесты, страница 48 – Лилия Тимолаева

Архивариус вернулся с журналом.

Страницы были плотными, с печатями доступа. Старик листал быстро, бормоча даты. Потом остановился.

— Последняя работа с разделом Корвэн была семь месяцев назад.

— Кем? — спросил Рейнар.

Архивариус нахмурился.

— По записи — представителем Совета обрядов и свидетелем со стороны дома Морвейн. Проверка родословных перед утверждением нового брачного союза.

Селеста Морвейн.

Элира не удивилась.

Гораздо сильнее её насторожило другое.

— Свидетель со стороны дома Морвейн. Имя?

Архивариус провёл пальцем по строке.

— Леди Селеста Морвейн.

Рейнар взял журнал из его рук.

— Она говорила, что впервые видит знак Корвэн.

— Нет, — сказала Элира. — Она сказала, что никогда не видела этот знак. А семь месяцев назад сама присутствовала при проверке раздела, где эти знаки хранятся.

В зале стало очень тихо.

Потом Рейнар сказал:

— У неё могли быть причины. Совет проверял родословную.

— Конечно. И все её свидетели, вероятно, говорили правильные слова.

Архивариус поднял глаза.

— Они говорили одними и теми же словами.

Элира повернулась к нему.

— Что?

Старик выглядел так, будто пожалел, что произнёс это вслух.

— Я видел копии свидетельств. Не изучал подробно, но отметил про себя странность. Три разных свидетеля описали появление леди Селесты при дворе Морвейн почти одинаково. Одни и те же обороты, один и тот же порядок событий. “Дочь дальней ветви, воспитанная в закрытом поместье, возвращённая по воле старшего рода”. Слишком гладко. Но документы имели печати.

Рейнар закрыл журнал.

— Почему мне не доложили?

Архивариус опустил голову.

— Проверкой занимался Совет обрядов, ваша светлость. Архив только предоставлял раздел.

Элира отошла к столу и посмотрела на старые образцы.

Новая невеста без прошлого.

Происхождение, подтверждённое слишком идеально. Свидетели, говорящие одними словами. Брошь в форме крыла. Реакция ткани. Потухший огонь. Чужой знак рядом с её родовым. И семь лет назад — смерть Лиарны Арн, после которой прежняя Элира пыталась доказать подмену шва, а Рейнар сказал “хватит”.

Слишком много нитей сходилось в одном узле.

Но всё ещё не хватало главного: кто именно протянул Корвэн к Селесте и зачем использовал Арн.

— Мне нужны копии этих свидетельств, — сказала Элира. — И старые портреты дома Морвейн. Если Селеста действительно из дальней ветви, её лицо должно хоть немного повторять родовые черты.

Рейнар посмотрел на архивариуса.

— Сделайте.

— Также нужны записи о церемонии семилетней давности, — продолжила она. — Где погибла Лиарна. Все схемы шва, списки присутствующих, кто стоял у ткани, кто имел доступ к инструментам.

Архивариус побледнел ещё сильнее.

— Эти записи закрыты решением Совета.

Рейнар молчал.

Элира повернулась к нему.

Вот оно. Момент, в котором он снова мог выбрать удобную дверь. Сказать, что хватит. Что прошлое не трогают. Что она лезет туда, куда не имеет права. Что бывшая жена ревнует, злится, ищет повод сорвать свадьбу и заодно очистить имя своего рода.

— Откройте, — сказал Рейнар.

Всего одно слово.

Но не то “довольно”, которым он когда-то обрывал её в Совете. Другое.

Архивариус поклонился.

— Понадобится время.

— У вас есть ночь.

Пока старик уходил за закрытым разделом, Элира осталась у стола с образцами. Рейнар стоял рядом, но не давил вопросами. Это молчание было непривычным. В нём не было прежнего презрения, но и доверия ещё не было. Скорее они оба оказались перед дверью, за которой могло лежать нечто неприятное для них двоих.