Книга Давайте разведемся, Ваша Светлость!, страница 91 – Марина Орлова

«Так мало…» – подумалось мне. – Проблемы со сном вернулись? – нахмурился доктор, что-то пометив в своих записи. – Как давно он перестал принимать лекарство?

— Он не прекращал, – помедлив, признался Жак. – Оно просто перестало действовать примерно полгода назад.

— Почему не обратились ко мне? – нахмурился доктор еще сильнее. Жак не ответил, а я покосилась на него, заметив, что он с досадой отводит взгляд. – Ясно. Этот ребенок не меняется. Такой же упрямец, каким был, – раздраженно выдохнул доктор.

— Простите, – произнесла я, привлекая внимание. Следовало бы промолчать, чтобы не показаться совсем невежественной, да и не мое это дело – лезть в личную жизнь Сиэля. Но я не смогла смолчать, услышав все это. – Но что все это значит? Что происходит с герцогом и насколько это опасно? Это какая-то болезнь? Ее можно вылечить?

Доктор переглянулся с Жаком с молчаливым вопросом во взгляде. Не знаю, что сделал Жак, но доктор заговорил:

— У герцога серьезное психологическое расстройство. Зная характер Его Светлости, я не удивлен, что он скрывал это от вас. Но в итоге сам себя едва не свел в могилу, – отложив очки, признался доктор, пока мои глаза сами собой расширились, а сердце кажется, пропустило удар. Невольно сжала в кулак полы халата на уровне груди, надеясь унять сердечный ритм, который вновь сбился.

— Правильно я понимаю, что это выражается в неспособности герцога нормально спать? – проглотив болезненный ком, задала я очередной вопрос.

— Так и есть, некоторое время проблема решалась с помощью сильного снотворного, но это – изначально была лишь временная мера, о чем я предупреждал. Из-за длительного приема препарата, выработался иммунитет и привыкание.

— Но, как же быть в таком случае? Почему он не может спать? – подалась я вперед, а затем опомнилась и приняла благовоспитанную позу, стараясь сохранять хладнокровие, как и подобает леди. Увидь меня сейчас свекровь, наверняка не оставила бы без внимания.

— Из-за сильной психологической травмы, которую он получил и до сих пор не может забыть. Его проблемы со сном появились вскоре после того происшествия…

— «Происшествия»?

— Именно. Во время дворцового переворота прежний герцог был обвинен в измене и казнен. Вся семья пострадала. Удивительно, как вообще Клоше смогли оправиться. Герцогу это наверняка стоило многого, что и усилило болезнь, – кивал доктор, смотря на меня со снисхождением и разочарованием.

Очевидно он поражался моему полному незнанию ситуации. Учитывая, что я замужем за Сиэлем три года в этом времени, мое невежество и полное безразличие жизнью супруга действительно выглядит странно.

«Точно… Банкротство герцогства и стало причиной сделки между Сиэлем и моим отцом на брак. Но я и не подозревала, что ситуация настолько плачевная. За все обе жизни я никак не могла припомнить, чтобы мой муж хоть раз показывал слабость, или то, как ему тяжело. А ведь эта болезнь была у него и в прошлой жизни, но я о ней даже не подозревала. Интересовалась ли я когда-либо тем, чем герцог живет? – с досадой и тоской подумалось мне. – Вместо этого я была занята своим выживанием и обидой на семью герцога. Смею ли я вообще обвинять Сиэля в том, что он не интересовался мной, когда сама поступала точно так же все это время?»