Книга Со вкусом яда на губах, страница 12 – Марина Орлова

— Сомневаюсь, — отозвался Айсон, презрительно скривив губы. — Посещение сестры — лишь повод, не так ли? Я должен был догадаться, — чертыхнулся он, но едва не поперхнулся, наткнувшись на хитрый и снисходительный взгляд принца, который загадочно улыбнулся, а после, когда раздался звон колокольчик, умиротворенно вздохнул.

— Начинается.

Герцога обуяла злость и разочарование в своем принце. Он даже хотел подняться и просто уйти из зала, но тут заиграла музыка, а вслед за ней из-за ближайшей колоны появилась девушка, скрытая платками, лишь небольшие монетки позвякивали от ее движений, пока она не замерла напротив стола принца, что не спускал с девушки завороженного взгляда.

«Танцовщица? В таком месте? Разве они не должны были встретиться с принцессой? — озадачился Айсон. — Прелюдия, чтобы задержать меня и не дать сбежать, прежде чем Мелисса успеет подготовиться к представлению?»

Айсон снисходительно хмыкнул и покосился на принца. Мужчину никакими женщинами и танцами невозможно пронять. Слишком взрослый, слишком опытный, слишком много женщин прошли через его постель, чтобы удивляться хоть чему-то.

Но Айсон вздрогнул, при видя своего принца.

Казалось, Эрик даже не дышал, осматривая незнакомку, что не поднимала взгляда от пола из прорези в платке, плотно скрывавшим, как Айсон догадался, юное лицо.

— Начинай, — едва слышно выдохнул Эрик. Он говорил так тихо, что даже сидящий рядом герцог едва расслышал его за музыкой. Но смотрящая в пол девушка каким-то образом различила приказ и вскинула пронзительный взгляд больших, фиалковых глаз, которые посмотрели, казалось, прямо в душу герцога.

Тот вздрогнул, точно его толкнули и выбили воздух из легких. Ноги подкосились, и мужчина безвольно опустился на место, которое еще недавно собирался покинуть.

А дальше началось… волшебство. Ничем другим герцог и не мог это описать. Как иначе объяснить то, что он, не отрывая глаз, мог лишь с трудом дышать, боясь спугнуть момент, точно его неосторожное движение или голос были в силах разрушить мгновение этого волшебства, развеять этот мираж завораживающе двигающейся гибкой фигурки, которая приковывала взгляды, завораживала и лишала воли не только плавными и грациозными движениями тела. Но и звоном монеток, пришитых по краю довольно откровенного костюма танцовщицы, который открывал руки и шею девушки.

Распущенные густые и темные волосы живой волной разлетались в воздухе, окутывая женскую фигурку, точно хотели защитить свою хозяйку от посторонних глаз, но новое движение танцовщицы, и тайна приоткрывалась вновь, лишь для того, чтобы свести зрителя с ума.

Она не танцевала.

Она парила, кружилась и гипнотизировала плавными движениями бедер, длинными ногами в широкой юбке, из-под которой мелькали крошечные ступни, увенчанные драгоценностями, что лишь добавляли перезвона, способного полностью заглушить музыку, созданную музыкантами.

Каждое движение тела танцовщицы было пропитано женственностью и грацией. Она словно раскрывала себя перед зрителями, привлекая их внимание своими изящными движениями бедер, рук, плечей и торса. А мелькающий платок, которым она точно дразнила свою публику, завораживал. Ее ритмичные и плавные движения создавали волшебную атмосферу, в которой герцог погружался в мир чего-то мистического и магического, хотя до этого момента Карлас и не подозревал о существовании подобной магии.