Книга Правила эксплуатации, или Как вернуться домой, страница 85 – Марина Орлова

— Церемония скоро начнется, — напомнила мама.

— Думаю, без невесты и Владыки не начнут, — осклабился Нималлар, впервые на моей памяти отвечая маме в подобном ключе. Кажется, маму это так же озадачило. Но она лишь угрожающе прищурилась, намекая, что позже правитель пожалеет о неосторожном тоне, вскинула подбородок, а затем высокомерно кивнула и вышла, уводя за собой и девушек.

Мы остались с Владыкой наедине, а я все не могла найти в себе сил отвернуться от зеркала и вернуться в реальный мир. В воздухе повисло неловкое молчание, которое спустя несколько мгновений нарушил Владыка.

— Дарина, надеюсь, ты когда-нибудь простишь меня, — вздохнул Нималлар, стоя у меня за спиной. — Я знаю, что ни о такой свадьбе ты мечтала. И не о таком отце. Я понимаю, что мой статус тебя сильно обязывает, и такая резкая перемена пугает. Но ты привыкнешь. Я, твоя мама и Волозар приложим все усилия, чтобы тебе было комфортно…

— Вы не виноваты в том, что мама полюбила Владыку демонов, — безликим голосом отозвалась я. — Глупо просить прощение за то, что неподвластно изменить.

— Спасибо, — кажется, совершенно искренне и с облегчением выдохнул Нималлар. — Надеюсь, ты простишь и за то, что принуждаю тебя к этому шагу.

Стоило бы сказать, что сама сглупила и попалась на поцелуе, но я догадывалась, что свидетели не были случайными. Доказать не могла, но эта догадка не позволила произнести заведомую ложь ради пустой вежливости.

— Может быть… — вместо полагающегося вежливого согласия, произнесла я, чем родителя опечалила, и тот виновато опустил взгляд.

— Ты можешь не верить, но я действую исключительно из благих побуждений. Тебе будет лучше здесь, с мамой, Волозаром и… мной. Мы сможем защитить тебя.

— Я помню наш недавний разговор, — имея в виду диалог после отравления Тимарала, напомнила я. Тогда мы рассуждали на тему настоящего проявления чувств, который видел каждый по-своему. — И теперь я поняла вашу мысль. Вы можете называть это действиями во благо, я бы назвала их эгоизмом. Но, возможно дело в произношении, — съязвила я.

— Признаю, я не был с тобой до конца откровенен, — кивнул он. — И хочу это исправить. Пожалуйста, услышь меня, — позвал он, а я нехотя обернулась, хотя взгляд от пола не поднимала. Мужчина шумно выдохнул, а затем произнес: — Я никогда не думал, что смогу полюбить: страстно, неистово и всепоглощающе. Не по статусу подобная вольность. Так и было: ни одна аристократка или простолюдинка во Мраке не тронула моего сердца. До тех пор, пока не встретил твою маму, — добавил он и многозначительно замолчал, чтобы через несколько секунд продолжить: — Я осознавал, что наш союз невозможен, скандален и недопустим. Даже опасен. Но полюбил. Полюбил и больше не желал расставаться никогда. Но из своего положения был вынужден смириться и отпустить, когда она сказала, что больше никогда не призовет демонов. Это были ужасные месяцы полные мучения, тоски и страдания. Я думал, что время поможет справиться, но это оказалось не так. И вот, Мила призвала меня вновь, чтобы признаться в чувствах. Я никогда не был так счастлив, — с грустной улыбкой произнес он. — Я был согласен послать подальше родителей, Совет и даже сам Мрак, если понадобится, лишь бы быть с ней. Но мы были из разных миров, и она не захотела менять свою привычную жизнь, — поделился он воспоминаниями, вынудив поднять взгляд и посмотреть на демона с сочувствием и интересом. Теперь я видела перед собой не Владыку и могущественного демона, далекого и высокомерного. Передо мной стоял обычный мужчина, со своими страхами, переживаниями и прошлым. Которое оказалось тесно переплетено с моей жизнью. — Я уговаривал, упрашивал отменить наше соглашение на отсрочку, и вернуться во Мрак со мной. Но она оказалась непоколебима и упряма, а я ничего не мог поделать, довольствуясь короткими встречами раз в год, на протяжении шестнадцати лет, в промежутках которых был снедаем тоской, переживаниями и страхами…