Книга Правила эксплуатации, или Как вернуться домой, страница 74 – Марина Орлова

Лишь для того, чтобы тут же уйти, словно не желал меня видеть.

Мысль, что я, похоже, взаправду приношу рогатому только одни проблемы, напрочь засела в моей голове и не давала покоя. Даже больше, чем реальная опасность от тайных злопыхателей и моих похитителей.

Вдалеке что-то сверкнуло, а затем послышался раскат грома, от которого я вздрогнула и с ужасом округлила глаза. Только этого не хватало!

Вот уж не думала, что грозы и во Мраке бывают. Хотя… чего бы им не быть? Солнце есть, небо присутствует, ветер, как показал мой опыт пребывания на сквозняке в пустоши — тоже. Значит, ничего странного и в грозах. К моему несчастью.

Выскочила из постели, плотнее зашторила окно и юркнула под пуховое одеяло с головой, как делала еще в детстве, а после и в недалеком прошлом на печи. Вот только прежде была Липа, которая отвлекала и успокаивала меня в такие моменты. А еще Велес, что не любил ютиться в моем небольшом доме, но в грозы делал исключения. Чтобы меня не смущать он говорил, что ему все равно приятнее в ливень у печи лежать. Но я знала правду и была благодарна ему за эту молчаливую поддержку.

Вновь послышался пока что далекий раскат грома, который заставил сжаться под одеялом и затрястись, как зайцу. Зубы отбивали дробь, за которой я совершенно не услышала чужого присутствия. Потому, когда на мое плечо легло что-то тяжелое, общая нервозность, пережитое похищение и момент неожиданности сработали как спусковой рычаг. Заголосила я так, что у самой уши заложило, и подпрыгнула, кажется, на метр, не иначе. И это из лежачего положения! Попутно, кажется, нехило так заехала пяткой во что-то твердое.

— Ты чего пинаешься, болезная? — растирая челюсть, с обидой и досадой рявкнул Володька, который оказался той «неожиданностью», на которую моя пятка налетела в полете.

— А ты чего подкрадываешься? — не уступала я в возмущении, ощущая, как сердце колотится с силой, словно намеревалось выпрыгнуть из груди и дать деру туда, где спокойнее.

— Я пришел тебя проведать. Окликнул тебя, ты не отозвалась, потому и подошел. Ты чего прячешься?

— Ничего! — насупилась я, сложив руки на груди и стыдливо отведя взгляд, чтобы не выдать очередной огонек страха из-за нового раската грома, который приближался.

— Вот в чем дело… — проронил демон, мельком глянув в сторону окна и нахмурился. — Не по сезону гроза-то, — проворчал он себе под нос, усаживаясь на перине прямо поверх одеяла.

— Чего? — насторожилась я.

— Забудь, — уже добродушнее улыбнулся демон, почесав рога, и вновь показался очень красивым, отчего уши у меня буквально запылали, а от прилившей крови к щекам стало жарко. — Неужели главная «Гроза Мрака», укротительница русалок и деревенских невест всерьез боится гроз? Как ты в лесу все это время жила? — прищурился он.

— Ой, а сам-то! — совершенно обиделась я, пыша негодованием. — Давно безобидных пиявок бояться перестал? — задала я вопрос.

— Они извиваются и пьют кровь! — возмутился демон.

— Грозы темные, пугающие и громкие! — в свою очередь перечислила я, и тут же устыдилась. Не мне его отчитывать, учитывая, что он-то со своими страхами справляется всяко лучше моего, учитывая, что сегодня вынужден был столкнуться с ними лицом к лицу, ради моего спасения. — Прости. Я не должна была этого говорить. Мои страхи нисколько не серьезнее твоего.