Книга Правила эксплуатации, или Как не выйти замуж, страница 135 – Марина Орлова

Я же едва не закричала «Нет!».

Это — не моя бабушка. Эта женщина — не она.

— Кто это? — опасливо и тихо уточнил Василий, с тревогой и готовностью наблюдая за незваной гостьей.

Василина все еще возилась с еще ослабленным Иваном, но было видно, что новая гостья и ее нервирует. Не уверена, что та понимала реальную опасность ведьмы, однако ревнивый взгляд деревенской красавицы и гуля мог спугнуть.

— Родственница, — вместо меня ответила ведьма и издевательски усмехнулась. — Близкая. Бабушка этой молодой ведьмы, если быть точной. Верно?

— «Бабушка»? — услыхав, Василина с изумлением переспросила. — Это ж что надо пить и чем мазюкать лицо, чтобы так выглядеть? А что с глазюками? Сажей, что ль, намазано? — поинтересовалась юница советами красоты от черной ведьмы.

— Что? — кажется, впервые удивилась женщина, моргая теми самыми черными глазами. — Какая сажа? Это магия!

— Ой, да больно надо! Небось, всякую гадость пьете, слюнями лягушек мажетесь, а сами из этого секрет великий делаете. «Магия»! Видала я такие «магии». Тетка у меня куриным пометом мазалась и из слизняков компот пила. И тоже выглядела неплохо… пока не померла. Так что подавитесь! — обиделась сельская красотка шестнадцати лет.

— Отравилась компотом? — уточнил не умеющий смолчать Велес.

— Зачем? — удивилась Василина, не видя никакой связи. — Кобыла лягнула, когда тетка навоз под ней для новой маски собирала.

— Красота — это страшно, — заторможено выдохнул Василий.

— Очень, — твердо кивнула Василина, подтверждая истину.

У черной ведьмы дернулось веко и этот почти семейный жест меня необъяснимым образом взбесил только сильнее.

— Ты же пропала без вести вместе с мужем. Мы считали тебя погибшей, — опомнился Велес, возвращаясь к самому важному, но, может, и не такому страшному, как компот из слязняков и маски из конского навоза. Волк прижал уши и угрожающе оскалился в сторону иронично усмехающейся колдуньи, предупреждая, что готов напасть в любой момент.

— О, Магический Зверь в качестве фамильяра? Неплохо, — одобрительно покосилась женщина на меня, а после переключилась на вопрос с таким видом, словно заскочила на светскую беседу и никуда не торопится. — Мысль о моей кончине была поспешной, — безразлично пожала та плечами.

— А мой дедушка? — напряглась я.

— Смертный? — пренебрежительно уточнила та. — Умер в день моего перерождения, — отмахнулась она от этого, словно от чего-то незначительного. Закричать захотелось вдвое сильнее. — Если тебе так будет проще, он пожертвовал собой ради большей цели почти добровольно, — безлико добавила ведьма. Я же почувствовала, словно мне влепили пощечину от ее слов.

— Ты помнишь свою прошлую жизнь? — в свою очередь спросила Липа, пока я осмысливала слова гостьи.

— Помню? — немного заторможено переспросила женщина и задумалась. А после отрицательно покачала головой. — Нет, — равнодушно хмыкнула.

— Но нас ты узнала, — не согласилась я.

— Потому что вы узнали меня, — снисходительно ответила она и прошла до ближайших козел, к которым прикоснулась в сиюминутном порыве, а после отвернулась, потеряв всякий интерес. — Но я, вероятно, одна из немногих черных магинь, кто знает о своем прошлом чуть больше, чем ничего.

— Как? — настаивала я.

Женщина бросила на меня черный взгляд, скривила лицо в небрежной улыбке, а после сделала шаг в сторону все еще бессознательного Ждана. Велес с Василием тут же преградили ей дорогу, но на то она лишь снисходительно посмеялась.