Книга Правила эксплуатации, или Как не выйти замуж, страница 113 – Марина Орлова

— Песик разговаривает! — восторженно завизжала маленькая девочка в цветастом платочке на голове, украшенном куриными перьями и державшая в руках точно мягкую игрушку моего единственного, но уже даже не сопротивляющегося и смирившегося петуха. Девчушка, увидев новую говорящую игрушку, отпустила петуха, который, не веря в свое счастье, в раскоряку засеменил за сарай, измученно кудахча. А после ребенок со всех ног ломанулся в сторону Велеса.

— Настя! — ошеломленно взвыл Василий, схватившись за голову, и рванул наперерез дочери, чтобы схватить ту уже в прыжке с явным намерением оседлать Магического Зверя.

— Папа, папочка, ты слышал? Песик разговаривает! Дай поиграться, дай!!! — сучила девочка руками и ногами, пока висела на вытянутых руках отца, который и сам не знал, браниться, наказывать, плакать, или все и сразу.

— «Песик»? — переспросил отчаявшийся отец. — Настя, это грозный и опасный волк! Нельзя бегать навстречу волкам, хоть бы даже те частушки распевали!

— Но этот же у тети Дарины живет. Значит — хороший, — ввергла девочка всех в смятение своей логикой. — Дай погладить, а? — жалостливо взмолилась Настенька.

— Ты как тут оказалась? — взвыл Василий. — Я же сказал тебе быть с мамой и бабушкой.

— Приехала, — как само собой разумеющееся ответила девчонка.

— На чем? — явно сдерживаясь из последних сил, просипел несчастный отец.

— На телеге.

— С кем? — не выдержав, сорвал бывший друг голос.

— С тобой, папочка. Как же иначе? — переспросила нахалка, ввергая отца в ступор, пока тот пучил глаза и стремительно краснел, бледнел и покрывался пятнами.

— Теперь понятно, чего половина яблок в корзине надкусаны были, а мед съеден на четверть горшка, — усмехнулся Ждан.

— Настя, — терпеливо вздохнула я, выходя из-за спины Васи. — Ты что, самовольно к отцу в повозку забралась?

— Нет, — с честным видом покачала она головой. — Я у бабули спросила разрешения с папочкой поехать.

— И она позволила? — не поверила я.

— Ну да, — с готовностью кивнула девочка. — Я спросила, можно ли мне с папой.

— А она? — с видом, что тещи — вот кто настоящие ведьмы, терпеливо уточнил Василий, поставив девочку на ноги.

— А она отсыпалась после ночи караула у мамочки и сказала спросить у мамы, — с готовностью оповестили нас.

— А мама? — уже с заметными истеричными нотками в голосе поторопил отец свое чадо.

— А мама все еще плохо себя чувствует. Сказала у деда спросить, — совершенно не видела проблемы в наматывании наших нервов на кулак юная ведьмочка. Не по рождению, а по духу, разумеется.

— Так, а дедушка что сказал?

— А деда сказал к тебе идти. Я и пошла! — пожала она плечами. — Но устала на козлах ждать и легла в сумки.

— Что там забыла?

— Сначала поспала, а когда проснулась, мы уже ехали. Я позвала тебя, но ты не услышал, а я покушать захотела. Ну и покушала. А постом опять поспала, — сыто улыбнулась девочка, которой обещали, что если она будет хорошо спать и кушать, станет большой и сильной. Вот Настенька и выполняла норматив… так сказать.

Мы с Василием переглянулись, и я сочувствующе поджала губы.

— Твои знают, где ты? — только и спросила я.

— Я сообщил, что поеду к тебе, но, чтобы не волновать, не сказал, зачем именно.

— Велес, — укоризненно воззрилась кошка на волка, решив найти в нем козла отпущения. — Ты разве не чуял девочку, когда Василий приехал? Почему сразу не сказал? Столько времени потеряли!