Книга Богиня Хаоса, страница 101 – Марина Орлова

Страх подкрадывался так же неотвратимо, как приближался Хранитель. Отчаяние и паника, давно забытые ледяной Стихией овладели ей, заставив отступить и вжаться в стену со следами копоти.

Лихорадочные мысли меняли одна другую, и вот, из хоровода проскользнувших, опытная и коварная Скади вычленила одну. Спрятав злую усмешку, мертвое тело сделало шаг вперед, навстречу уже почти настигнувшему его дракону, и произнесла:

— Драген, это же я… Артемида – твоя мама… ты не помнишь меня?

С чувством злорадства, Стихия отметила, как Хранитель приостановился и посмотрел с сомнением. Божество решило закрепить успех, отметив, что на верном пути. Ей нужно лишь подобраться ближе, выждав нужный момент, чтобы нанести свой удар. Кем бы он ни был, Хранители – не бессмертны. Они уязвимы, как и все. Она убивала их прежде. Убьет и сейчас. А после, наконец, получит желаемое от девчонки и обретет могущество!

— Сынок, это же я… Неужели ты причинишь мне вред? – спросило божество, делая еще один шаг в сторону смертельно опасного хищника. – Я так люблю тебя… так скучала… позволь мне обнять тебя, мой милый… – приближаясь, шептала женщина.

Последний из Храниетелей с растерянностью и робкой надеждой смотрел на женщину, чье лицо так любил. Он так хотел увидеть его вновь, и вот сейчас оно перед ним. Он так желал ощутить теплые, нежные и крепкие объятия матери, и вот она предлагает их. Нужно лишь перевоплотиться, чтобы он тоже мог обнять и насладиться близостью. Мысль захватила его и он почти подался порыву, но внезапно в голове возникли другие образы, и другой голос:

«– Какой же ты предсказуемый,» – послышался голос его Сокровища и мелодичный смех.

«– Нам нужно что-то делать с твоей доверчивостью, дракон» – очередной фрагмент из воспоминаний.

Он вспоминал и другие уроки. Только сейчас дракон осознал, как многому его обучила юная богиня. И эти уроки пришлись так кстати. Он вновь посмотрел на подошедшую совсем близко женщину, чье тело бессовестно использовали и образом которой сейчас прикрывались. Осмотрев ее уже более трезвым и придирчивым взглядом, дракон с яростью и злостью отметил готовящееся заклинание, что прятала в своей ладони Стихия в теле его покойной матери.

И он больше не хотел играть. Он не желал долгой и мучительной смерти виновной в смерти своих родных. Самым важным было быстрее обезопасить его Сокровище, что сломанной куклой висела в цепях. Он успел отметить изумление, страх и злость в блеклых, безжизненных глазах, которые в его воспоминаниях когда-то дарили любовь и тепло. А после ледяную фигуру поглотило яростное пламя, с ревом вырвавшееся из пасти последнего из рода Хранителей.

Однако он не уничтожил Стихию до конца, оставив ее неожиданно заговорившему с ним Миру. Тому, кто с благоговением и робким счастьем прошептал: «Хозяин…»

С безразличием отметив заметавшуюся в поисках выхода ослабленную Стихию, дракон отвернулся к той, кто был важнее.

Его Сокровище так и не пришла в сознание, что испугало и смутило дракона. Тот протянул когтистую лапу, желая прикоснуться к своему Сокровищу, но вовремя остановился, боясь навредить сильнее. В таком виде он боялся к ней даже прикоснуться. Зверь заметался в его мыслях в нерешительности, а после нашел выход. Без сожаления, он уступил главенство своей второй половине, несмотря на долгожданную свободу. Сокровище важнее всего.