Книга Я — тот, кто тебя уничтожит, страница 93 – Марина Орлова

— Щипала рассказывал, что вы недавно сильно повздорили. Что в знак примирения он и хотел подарить тебе кольцо.

— Впервые слышу об этом, – покачала Лана головой и нахмурилась. – Да, поругались мы здорово, я его даже ударила несколько раз, и мириться он приходил, но ничего не подарил.

— А из-за чего повздорили? – поинтересовалась я.

— Да, баба у него появилась. И приплод, – буркнула она. – Во всяком случае, все на это указывает. Он хоть и утверждал, что ни-ни, но все было ж очевидно! Еще и бранился, что я его излупила ни за что! Я тогда еще пуще разозлилась, чуть не прибила!

— С чего ты решила, что изменил?

— А как ж иначе?! Я стала замечать, что он все крутится вокруг нашей доярки, которая нам продукты поставляет. Я к ней с разборками, а она мне говорит, что он у нее заказал несколько литров молока. Козьего. Еще уточнил, что для младенца нужно, вот доярка ему и посоветовала. Козье – оно ж всяко полезнее и жирнее. Договорились, что он к ней раз в день будет приходить забирать. А после еще и к прачке нашей приставал, чтобы та ему ненужные простыни и белье отдавала, – поведала мне девушка. – Я к нему. Вильт ни в какую не сознается, что у него за баба и кому ребенка заделал. Уже позже, когда поостыла, я уж решила, может, вспылила? Тем более, у его напарника на службе недавно сын родился. Мне сам Вильт рассказывал. Так и сказал, что тот все рядом вился под разными предлогами. Еле ноги от него сделал, чтобы сюда пробраться.

— Это ты уже поняла, когда он проситься обратно пришел?

— Пришел и сразу ушел, толком и не договорив, что извиняется. Правда, в лице поменялся… – задумалась она неожиданно.

— О чем ты? – заинтересовалась я.

— Да, он пришел весь такой сияющий, словно котелок начищенный, – небрежно хмыкнула девушка, а после тяжело вздохнула, видимо вновь предавшись грусти по потерянному любовнику. Да, любовь – чувство коварное и безжалостное. Оно не знает пощады и меры… – Я уже взялась за сковородку, как он начал заливать, чтобы я дала ему шанс, и он пришел извиниться. Помню, он тогда в карман полез, а после аж позеленел весь. Даже не попрощался, опрометью бросился вон. Я тогда так и не поняла ничего. С тех пор и не видала. А теперь и не увижу… – вновь вздохнула я, но я уже уцепилась за догадку.

— Ты пыталась его найти после этого?

— Пыталась, но Щипала не знал, где его носит. У отца спрашивала, давали ли ему какие поручения в последнее время, но тот сказал, что не было ничего. Папа не одобрял мои отношения с Вильтом… – Как бы между прочим пожаловалась Лана. – Я даже к нашей молочнице с вопросами приставала, но та сказала, что не видела его. Он даже последний заказ у нее не забрал, потому она сильно серчала. Обычно он сам к ней приходил за крынками, а тут не явился.

— Спасибо, что поговорила со мной.

— Так, его что, действительно убили? – тоскливо спросила девушка.

— Не знаю, – вздохнула я с самым честным и сочувствующим видом. – Не исключаю, что он от кольца действительно избавился. Тогда, по идее, толку от его смерти и нет никакой.

— Значит, он действительно самоубился из-за меня? – схватилась она за рот ладошками, а в голубых глазах закипели слезы.

— В смысле? – притворилась я несведущей.

— После пожара на улице, перед домом Вильта нашли остатки предсмертного письма. А законники утверждают, что прежде чем сгореть, Вильт повесился, – страшным шепотом призналась девушка. И мне стало ее жаль. Правда, стало… Но: