Книга Чертовка на удачу, страница 81 – Марина Орлова

— Хотел продолжить потакать моей мазохистской наклонности? – пожал Вадим плечами и с вопросом посмотрел на меня.

— Пояснить это прежде, чем ты отключился, не успел, потому извини, с точностью ответить о твоих мотивах я не могу, – вздохнула я, раздражаясь на ровном месте. И все потому что… это был не тот Вадим, которого я помнила. Он был похож, но другой. Тот самый, кого два года назад еще не успело «разбить» предательство любимой. Тот, кого я не знала: уверенный в себе, подозрительный и мрачный. Оттого и терялась, не понимая, нравится мне это изменение или нет.

— Рин, – позвал он меня другим тоном, так похожим на его прежний. – Почему мы расстались? Я тебя обидел? – задал он вопрос таким тоном, от которого я вздрогнула. Собраться с мыслями, подобрать слова и найти в себе силы, чтобы ответить… было сложно.

— Ты ни в чем не виноват. И ты не обижал меня. Решение расстаться было сугубо по моей инициативе, но обижаться на тебя за что-то я даже не думала. Только на себя.

— Почему? – приглушенно уточнил голос у меня за спиной, пока я вновь грызла губу и переводила дыхание, стараясь сдержать слезы, от которых защипало в глазах.

— Я поверила в то, что сама себе придумала, – честно произнесла я, решив, что утаивать бессмысленно. – Ты с самого начала предлагал отношения без обязательств. Я на них сознательно согласилась, а после забыла… Когда поняла, что мы по-разному смотрим на отношения, решила прекратить все, пока не стало слишком поздно, чтобы избежать лишних обид и непониманий, пока не стало слишком поздно.

— Ты хотела построить отношения со мной? Серьезные отношения? – внезапно услышала я совсем близко и удивленно обернулась, заметив мужчину, что стоял, оперевшись на кухонный остров здоровой рукой и подгибая загипсованную ногу. Смотрел он на меня при этом очень удивленно.

— Я даже не знаю, что ответить на это почти шоковое изумление, – вырвалось у меня едва ли не с досадой.

— Прости, дело не в тебе… точнее… Просто из того, что я постепенно узнаю о себе за эти два года… Я общался со Славой, узнал, что у меня есть… был психотерапевт, мне звонил Юсупов, узнать как у меня дела, и мы поговорили. В общем, из того, что я узнал, понял, что за эти два года стал… психически нестабильным отшельником, нелюдимым, вспыльчивым и замкнутым. Мягко говоря. Психотерапевт и вовсе зачитал мне целый список моих диагнозов размером с «Войну и мир», – выдохнул он, то ли растерянно, то ли раздосадованно. – Потому меня и удивляет, что такая, как ты, хотела что-то серьезное с таким, как я… каким я был.

— Твой психотерапевт может подтереться своими диагнозами. Ты любил себя жалеть, да и только. Когда забывал об этой жалости… – начала я, но слова застряли в горле, душа болезненным комом, который вновь едва не пролился позорными слезами. – Ты очень помог мне. Я была и сейчас очень благодарна тебе. На моем пути редко встречались такие отзывчивые люди, как ты, и, несмотря на свою боль, мне ты помог вполне бескорыстно. Для меня это было ценно. До того момента, пока я не поняла, что тебе не хотелось ничего менять. Тебя все устраивало, когда мне начало хотеться большего. Все.

— Мне жаль, что я тебя огорчил, – помолчав, выдавил Вадим.

— Не стоит. Я сама виновата, поверила в то, чего не было. Ко всему прочему, после ты мне жизнь спас. Мне ли быть недовольной? Теперь все это уже неважно, – нервно усмехнулась я и вернулась к разделочной доске. – Через полчаса обед будет готов. Не обещаю, что будет так же вкусно, как в твоем ресторане, но я честно старалась.