Книга Охота на мотылька, страница 126 – Марина Орлова

-Ты не выглядишь довольной этим, - заметил Илья, подходя ближе и внимательно рассматривая картину. – С каждым разом я не прекращаю поражаться твоему таланту, - признался он рассеяно, вызвав мою мимолетную улыбку. – Они словно живые.

-Мне хотелось бы, приходя к ним на могилу, говорить с живыми лицами. Жаль, что это лишь самообман, – вздохнула я, а после поднялась с пола, на котором сидела перед портретом и осмотрела себя, понимая, что мне срочно нужен душ. Но вместо этого лишь взяла со стола тряпку и стала остервенело оттирать пальцы испачканные краской.

-Как прошел разговор с братом? – услышала я и вздрогнула, тяжело вздохнув. Вот и настал момент неприятных вопросов.

-Вова больше не будет вмешиваться в мою личную жизнь, - ответила я, надеясь, что этого окажется достаточным.

-Мне жаль, что так вышло. Я не хотел, чтобы из-за меня ты ссорилась с родными.

-Ты тут не причем. Во всяком случае относительно моей ссоры с братом. Я сама виновата, раз позволила ему думать, что он имеет право вмешиваться в мои дела. Точнее, я виновата в том, что мы с ним настолько отдалились, что он совершенно перестал разбираться во мне и потерял всякое доверие. Чувство вины за смерть родителей ослепило меня, выбрасывая из жизни на два года. Я помню, как после похорон Вовка пытался держаться ближе, но я видела в его попытках лишь причину напомнить мне о том, как я виновата,  что лишила брата любимых родителей, хотя на самом деле, Вовка просто хотел разделить со мной горечь утраты. Но я закрылась, отбросила его, не желая замечать, что ему так же больно, как и мне. Я не пожелала увидеть, до чего эта боль может довести брата. Я не заметила, до чего она довела, и даже как его жена помогла ему вернуться к жизни. Меня не покидает мысль, если бы я так эгоистично не повела себя тогда, прячась от всего мира, многого можно было бы избежать. Это я допустила подобные мысли на свой счет в голове у Вовки. Он просто перестал мне доверять, как родной. За два года мы стали с ним почти чужими. Так что твоей вины здесь нет.

-Теперь бессмысленно об этом говорить. Как и не стоит винить себя еще и в этом… - произнес Илья, обнимая меня за плечи со спины. На несколько секунд я прикрыла глаза, радуясь спокойным секундам и теплу его тела, а после, ненавидя себя за то, что намеренно разрушаю эту гармонию, произнесла:

-Ты знал, что жених твое помощницы – Евгений – игроман?

Мужчина помолчал какое-то время, а после нехотя произнес:

-Откуда ты знаешь?

-Сегодня встретились с ним в «Олимпии». Оказывается, именно Евгений свел моего брата с тобой в тот вечер в «Олимпии» два месяца назад.

-Насколько мне известно, Евгений завязал и вылечился.

-Вот как? – спокойно уточнила я.

-Да, у него был хороший врач.

-Откуда ты знаешь?

-Потому что этот же человек лечил от зависимости и меня.

-Что? – уже действительно удивилась я и повернулась в кольце сильных рук, чтобы заглянуть в лицо мужчины. Илья грустно усмехнулся, разглядывая мое лицо, погладил по щеке, а после сказал:

-После операций боль была невыносимой. И мне прописали сильные обезболивающие. Вскоре я уже не мог без них обходится, даже когда боль стала терпимой. Благо, родные вовремя заметили и приняли меры. Я вылечился, но теперь боюсь принимать таблетки сильнее обычного анальгина.