Книга Будь моей Гердой, страница 40 – Анна Денисова

— Ваш муж только что вышел, — продолжала она.

Я часто заморгала, попыталась что-то сказать, но кислородная маска заглушала звуки превращая речь в невнятное бормотание. Моя мимика вызвала у медсестры беспокойство, она засуетилась и посмотрела на датчики.

— Я позову доктора.

Медсестра забрала пустой пакет, поспешно направилась к двери и столкнулась с Каем. Увидев, что я очнулась, он всучил ей стаканчик с кофе и подлетел ко мне. Его лицо осунулось. Было видно, что он несколько дней не прикасался к бритве. Глубокие тени под глазами подсказывали, что и спал он через раз. Кай опустился на стул и стиснул мою кисть.

— Наконец-то ты очнулась.

Я стащила маску, сделала болезненный вдох и сглотнула.

— Муж? — сипло спросила я.

— Иначе меня не пустили бы. И потом, не хотел волновать твоих родителей.

Он прижал мою ладонь к небритой щеке и зажмурился. Глядя на измученное лицо, я представила сколько бессонных ночей он провёл у моей кровати. Я не решалась спросить о произошедшем, думая, что это может подождать. Мы так и пребывали в тишине, нарушаемой только писком медицинского оборудования. Я невольно вздрогнула, когда раздался хриплый, прокуренный бас. В палату зашёл плотный лысеющий мужчина в белом халате. Калиб встал с места, поздоровался, и они обменялись рукопожатиями. Потом ласково потрепал меня по плечу и вышел, чтобы доктор мог начать осмотр.

Врачи сказали, что мне несказанно повезло. Пуля, не задев сердце, прошла на вылет в сантиметре от позвоночника. Восемь часов хирурги боролись за мою жизнь. Я четыре дня пролежала в коме. Кай почти всё это время не вылезал из больницы. Как только моё состояние стабилизировалось, пришли полицейские и задавали вопросы. Я рассказала, что произошло, сама до конца не веря в реальность случившегося. Мне пришлось набраться храбрости и позвонить родителям. Я сообщила, что ушла из академии и, что в «Трейдинг Ин» больше не работаю. Мама, как всегда, отнеслась к этому по-философски. Как новость воспринял папа, оставалось только гадать. Она сказала, что ждёт меня домой. Я сослалась на дела, с которыми необходимо разобраться и пообещала приехать, как только освобожусь. О том, что сейчас в больнице я умолчала.

Медсестра поправила подушку, помогла поудобней сесть и сообщила, что ко мне посетитель. Она вежливо улыбнулась, когда в палату зашёл Бредли и удалилась.

— Твой муж, — он изобразил в воздухе кавычки и усмехнулся, — довёл до белого каления весь персонал.

Опираясь на трость, Бредли проковылял к койке. Он подвинул стул и сел, вытянув больную ногу. От Кая я узнала, что его брат вызвал полицию и скорую. Зажимал рану, пока они не приехали. Стойко отвечал на вопросы офицеров и отбивался от нападок Калиба. Несмотря на простреленное колено Бреду удалось обезоружить Пенелопу. И когда та осознала, что её план провалился поспешила сбежать с места преступления.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил Бредли.

— Дренаж сняли два дня назад, но выписывать не торопятся.

Я помолчала и добавила.

— Её поймали?

— Она сейчас в психиатрической клинике. Пытается закосить под сумасшедшую и убедить всех, что действовала в состоянии аффекта. Ей это вряд ли удастся. Всё говорит о том, что она спланировала заранее и ясно осознавала свои действия.

— А ребёнок?