Книга Магия, кот и одна незадачливая бухгалтерша, страница 42 – Анна Денисова

— Ах, у него жарко! Ах, у него безопасно! Ах, у него тайный подпол! А у нас что, своего подпола нет?!

— Есть, — я вздохнула. — Но Клавдий о нём наверняка знает. Все мытари первым делом в подпол лезут. А про кузницу он не догадается.

Муртикс сел посреди комнаты и уставился на меня с выражением глубочайшей обиды.

— Я, значит, тут сижу, мышей ловлю, дом сторожу, ночами не сплю, думаю, как тебя спасти. А ты — всё добро к кузнецу. Сразу. Даже не посоветовалась.

— Муртикс, — я присела перед ним на корточки. — Ты мой самый главный советчик. Но Гордей знает местных. Он знает Клавдия. И баронессу эту, Амалию. Нам нужна помощь.

Кот помолчал, потом шумно вздохнул.

— Ладно, — проворчал он. — Помощь так помощь. Но я поеду с вами. И буду караулить сундук. Лично. И если этот твой кузнец хоть пальцем к нашему добру притронется без спросу, я ему все подковы перегрызу.

Я засмеялась и почесала его за ухом. Муртикс немедленно заурчал, делая вид, что всё ещё сердит, но уже не очень.

К вечеру мы собрали самое ценное. Сундук с редкими ингредиентами (зуб волка, маринованный глаз ящерицы, лунный камень, перо ворона-трёхлетки и прочее добро, от одного вида которого меня до сих пор подташнивало). Книги Лиры с рецептами, все до единой, включая дневник. Медные весы, потому что они были дорогие и явно старинные. Склянки с готовыми зельями, самые редкие, те, что настаивались месяцами. Мешочек с монетами, тощий, но всё же.

— Всё, — сказала я, оглядывая кучу. — Остальное не жалко. Пусть описывает.

— А меня? — Муртикс подозрительно прищурился. — Меня ты тоже здесь оставишь? На опись?

— Ты не имущество, — я улыбнулась. — Ты член семьи.

Кот довольно задрал хвост.

Когда стемнело, к дому бесшумно подкатила тележка. Гордей, огромный и молчаливый, помог погрузить сундук и мешки. Муртикс важно восседал на самом верху, как султан на троне, и зорко следил, чтобы ничего не упало.

До кузницы добрались быстро. Гордей отворил ворота, завёл тележку внутрь, потом закрыл засов и зажёг масляный светильник.

— Подпол здесь, — он указал на угол, где лежала старая рогожа.

Вдвоём мы отодвинули её, и Гордей поднял тяжелую крышку люка. Вниз вела деревянная лестница. Я спустилась первой, со светильником в руке.

Подпол оказался на удивление просторным. Сухим, чистым, с земляным полом и стенами, укреплёнными досками. Вдоль стен стояли ящики с железными заготовками, инструменты, мотки проволоки. В углу небольшой верстак.

— Здесь никто не найдёт, — сказал Гордей, спускаясь следом с сундуком на плече. — Я один про него знаю. Ну, теперь и ты.

Мы сложили вещи в углу, накрыли старой холстиной. Муртикс тут же устроился сверху, всем видом показывая: «Охрана на месте, пост сдал, пост принял».

Когда мы поднялись наверх, Гордей неожиданно сказал:

— Чай будешь? Из трав? У меня есть котелок, могу согреть.

Я удивлённо посмотрела на него. Чай? Из трав? В кузнице? От сурового кузнеца я такого не ожидала.

— Буду, — ответила я. — С удовольствием.

Он кивнул, достал откуда-то из-за верстака небольшой закопчённый котелок, налил воды из бочки, стоявшей у входа, и повесил над горном. Потом извлёк холщовый мешочек с травами: мята, мелисса, что-то ещё, пахнущее летом.

Мы сели на лавку у стены. Гордей разлил горячий, ароматный чай по глиняным кружкам. Муртикс, услышав про чай, поднялся из подпола и устроился у моих ног, всем видом показывая, что он тоже не против угощения. Гордей молча плеснул немного чая в плошку и поставил перед котом. Муртикс одобрительно муркнул.