Книга Взломать смерть, страница 52 – Тамара Рыльская, Герман Рыльский

— У тебя отлично получается, — сказал он мимоходом. — Посмотрим, что будет через полгода-год.

После этого «посмотрим, что будет через полгода-год» Валери не могла уснуть до самого утра. Она ворочалась, комкая простыни, и всё пыталась понять, что же Этьен имел в виду.

На седьмой день, к вечеру, над Гран-Себастьеном разыгралась настоящая буря. Невидимая рука швыряла в окна столовой пригоршни снега и ледяной дроби. Даже сквозь толстые звуконепроницаемые стёкла Валери слышала, как тоскливо завывает ветер в скалах.

Этьен Моро приказал Бертрану выключить верхний свет и зажёг несколько свечей. Самых что ни на есть настоящих, восковых, а не электронных. Валери даже не подозревала, что они здесь есть, ведь Моро не производил впечатления человека, склонного к подобной романтике.

На ужин Валери запекла рыбу. Когда она доставала противень из духовки, Моро повернулся к стене и произнёс: «Белое „Шато-Марго“ 1988 года». Выглядел он при этом в точности как Али-Баба со своим «Сим-сим, откройся!». Что-то негромко зажужжало, и в глухой на первый взгляд стене обозначился проём. Там стояла уже охлаждённая бутылка «Шато-Марго».

За ужином хозяин и гостья общались на отвлечённые темы, не касаясь барона де Рэ и вообще генеалогии. Валери рассказывала, что, создавая «Червонную Королеву», вложила в неё множество дополнительных функций, доступных только в режиме администрирования.

— Например, там есть встроенная игра «Королевский крокет». Ещё «Червонная Королева» умеет играть в покер и в шахматы, редактировать тексты и создавать картинки.

— Неплохо.

— Да, неплохо, но эти функции — просто атавизм, свидетельство долгой эволюции «Червонной Королевы». Понимаешь, я начала создавать её, когда только поступила в Страсбург. Тогда мне нравилось что-то добавлять, изменять, дорабатывать. Представь, при надобности «Королева» может работать как вирус, проникать в закрытые системы, взламывать пароли и шифры. Я до сих пор не убрала из её программного кода эту функцию. Сказать по правде, мне просто лень.

— И зачем, интересно, это нужно? — поинтересовался Моро, делая глоток вина. — Будешь взламывать сайты Пентагона?

— Сдался он мне, — фыркнула Валери. — Просто на втором курсе я увлеклась компьютерными вирусами и написала несколько штук, чисто ради эксперимента. Любой программист должен через это пройти. Знаешь, как любой ребёнок должен переболеть ветрянкой.

— Не знаю, я не программист. И что, хочешь сказать, ты ни разу не опробовала эти вирусы в деле?

— Ну-у-у… — протянула Валери, опуская взгляд на тарелку, где лежал рыбий позвоночник.

— Давай признавайся, — с этими словами Моро подлил ей вина.

— У меня есть один приятель, Луи. Он хороший парень, но просто помешан на борьбе за равенство. Однажды по Alsace20 — это местный телеканал — прошёл репортаж о мигрантах. Один журналист резко высказался о проблеме беженцев из Сирии. Луи тогда просто взбесился!

— А его это каким боком касается? Он сириец?

— В том-то и дело, что никаким. Он коренной француз. Но надо знать Луи! Он подбил меня отправить на телеканал по электронной почте компьютерный вирус. Короче, мы на три дня парализовали работу канала.

Этьен Моро присвистнул:

— Знаешь, я думал, ты расскажешь, как вы сорвали лекцию по информатике, заразив университетские компьютеры. Валери Дюран, а ты интереснее, чем кажешься на первый взгляд.