Книга Креахоновая крепость. Водовороты времени, страница 174 – Тамара Рыльская, Герман Рыльский

Вдруг что-то щёлкнуло, и дверь распахнулась. Гермес чертыхнулся.

— Так я и знал!

— Что? – спросила Яналия.

— Сигнализация! – Гермес показал на какой-то датчик, тревожно мигавший красным светодиодом. – Боффин уже получил сообщение на коммуникатор! Берём Тишу и уходим!

Друзья влетели в квартиру. В прихожей царил бардак, вещей было много, и они лежали как попало. Всюду, куда ни глянь, – пыль, мусор и грязь. Пахло в квартире Боффина немногим лучше, чем в мусоросборнике, но к запаху старой помойки примешивалось что-то химическое. Яналия была так поражена, что даже замедлила шаг. Её гримёрка тоже не блистала чистотой, но это было уже чересчур.

Из прихожей Яналия и Гермес попали в большую полутёмную комнату, где у нормальных людей обычно располагалась гостиная. Боффин, конечно же, не был нормальным. В комнате было тесно от лабораторных столов и громоздких аппаратов, о предназначении которых Яналия могла только догадываться. У стены стояли аквариумы и клетки с подопытными животными. Среди питомцев Боффина была морская свинка с непомерно раздутым черепом. Она смотрела на кормушку, и огрызки овощей сами парили через всю клетку, прямо ей в лапы.

— Тиша там, – сказал Яго, указывая на какую-то дверь.

Друзья двинулись мимо лабораторных столов. В ретортах что-то шипело и булькало, механические манипуляторы переставляли с места на место колбы и смешивали реактивы. Яналия хотела поскорее покинуть это место. Она уже увидела достаточно, чтобы надолго лишиться спокойного сна.

Дверь оказалась не заперта. Гермес распахнул её и остановился на пороге. В комнате было темно, однако попадавшего из лаборатории света хватило, чтобы разглядеть старый матрас, а на нём – свернувшуюся калачиком Тишу Крейн. Яналия едва узнала в этом исхудавшем, измученном существе свою лучшую подругу. На ней было то же платье, что и в день похищения. За месяц оно стало похоже на засаленную тряпку.

— Это вы, – всхлипнула Тиша, приподнимаясь. – Это, правда, вы…

На то, чтобы открыть наручники, Гермесу потребовалось несколько секунд. Яналия заметила фиолетовые синяки на запястьях Тиши и дала себе зарок, что однажды поквитается с Боффином. Заставит его ответить за каждую минуту, проведённую Тишей в этой вонючей квартире.

Гермес помог Тише подняться.

— Ты можешь идти? – спросила Яналия, беря её под руку.

— Да, могу… – Тиша выглядела вялой и потерянной, но вдруг встрепенулась. – Боффин! Он убьёт вас, если поймает!

— Не поймает, – сказал Гермес. – Идём быстрее!

— Вы не понимаете! – воскликнула Тиша. – Он телепат!

Яналия хотела сказать, что это уже не новость, но вдруг осеклась. Её инстинкты забили тревогу, а волоски на руках стали дыбом, как будто под воздействием статического электричества.

— Поздно, – упавшим голосом произнесла Тиша. – Боффин идёт.

В этот момент пространство посреди комнаты странным образом исказилось. Яналия в жизни не видела ничего похожего. Казалось, будто ткань реальности туго натянулась, готовая порваться. Смотреть на это было неприятно, сознание отказывалось воспринимать то, что видели глаза. Яналия, Гермес и Тиша начали пятиться, пока не упёрлись в стену. В двух шагах от них пространство мучительно деформировалось, билось в конвульсиях. Его судороги с каждой секундой становились всё интенсивней.