Книга Креахоновая крепость. Водовороты времени, страница 141 – Тамара Рыльская, Герман Рыльский

— Ну, смотри, – пожала плечами Яналия. – Не жалуйся потом!

Гермес отправился обратно на склад, за кофром с алебардами, а Яналия поднялась наверх. В этот час в коридоре, который вёл под купол и где находились гримёрки воздушных гимнастов, было тихо и пусто. Проходя мимо гримёрки Тиши Крейн, Яналия остановилась и, поддавшись внезапному порыву, толкнула дверь. Разумеется, заперто. Роджер Моррисон, расследовавший исчезновение Тиши, наверняка уже осмотрел это место, покопался в вещах пропавшей без вести в поисках улик. Но сейчас замок был заперт, а комната, где каждая мелочь напоминала о Тише, оставалась тёмной и покинутой. Сейчас Яналии, как никогда прежде, требовалось перекинуться с подругой детства несколькими словами. Просто услышать «Как дела?» и, как обычно, ответить что-нибудь раздражённо-резкое «Всё задолбало!» или «Скорей бы закончился этот проклятый худсовет!» Тиша умела слушать и порой, когда Яналии нужно было выплеснуть негатив, выступала громоотводом.

«Нет, сегодня я бы не стала раздражаться и орать, – вдруг подумала Яналия. – Я бы обняла Тишу, вот и всё».

Оставив в покое запертую дверь, Яналия прошла в свою гримёрку. Её платье, висевшее на отдельном кронштейне, было чёрного цвета, в тон костюму, который пошил для себя Гермес. Облегающий верх был покрыт редкими блёстками, которые переливались серебром в свете софитов. Короткая юбка из нескольких слоёв «умной» ткани, содержащей наночипы, выглядела как облако чёрно-сизого дыма, окутывающего бёдра. Яналия быстро переоделась, нанесла грим и спустилась в зрительный зал. Гермес уже закончил проверять реквизит, переоделся и теперь сидел на ограждении манежа в ожидании комиссии.

— Отлично выглядишь, – сказал он, когда Яналия подошла ближе. – На месте Валруса я бы дал ход номеру только ради твоего прикида!

Девушка переступила ограждение, шагнув на манеж с правой ноги (к слову о цирковых приметах!), но не стала садиться, чтобы не помять невесомую юбку.

— А ты что-то не очень выглядишь! – сказала Яналия, показав приятелю язык. – Делал укладку, сунув два пальца в розетку?

Гермес, соорудивший на голове нечто наподобие хохла какаду, лишь усмехнулся.

И вот, наконец, в зал стали подтягиваться члены комиссии. Первым пришёл Александр Молодцов в сопровождении жены. Он помахал Гермесу рукой, улыбнулся Яналии и занял место в первом ряду. Следом появился Дин Крейн и Саид Ар-Рази, признанный эксперт по фокусам. В отличие от Буфадона Гудини, он выступал в основной программе, обставляя свои номера с большой помпой. На него работали два десятка танцовщиц и ассистенток, в том числе и его собственная дочь Абир. Альфред Грег, инспектор манежа, по чьей милости Гермес и Яналия репетировали ни свет ни заря, и Анфиса Стрикт, инспектор по воздушной гимнастике, пришли вместе. Сложно было представить, что это муж и жена. Грег был коротышкой с круглым животом и напомаженными усами, похожими на руль велосипеда, Стрикт напоминала высохшую жердь. Единственное, что их объединяло – одинаково неприятный, склочный характер.

— Смотри, публика собирается, – слегка напряжённым голосом сказал Гермес, когда в зале появились его родители. Они не входили в комиссию, но, разумеется, пришли поддержать сына.

Хотя Яналия и Гермес никого не приглашали, на сдачу заявились несколько одноклассников – Гай Молестус, Гулфи Ток, Антония Панова и, конечно же, Тим Каев со своей чревовещательной куклой. Яналия тяжко вздохнула, увидев, как по проходу плывёт его инвалидное кресло. После случая с полиментумом Тим несколько раз пытался ей дозвониться, но каждый раз Яналия сбрасывала вызов.