Книга Невест так много. Дилогия, страница 41 – Милена Завойчинская

— Как успехи? — спросила я у взъерошенной и взмыленной — в буквальном смысле слова — стайки девушек.

Как у них успехи, я и так знала из доклада Касселя, подглядывавшего за ними в окно. Но нужно ведь лично всё увидеть.

— Отвратительно! — сообщила мне одна из молчавших до сего момента невест. Симпатичная блондинка с большими глазами трепетной лани. — Это совершенно отвратительно, то, что мы вынуждены делать!

— Ну почему же, леди?.. — подошла я к ней.

— Леди Милардис. Потому что каждый должен заниматься своим делом. Стиркой положено заниматься прачкам.

— Логично, — согласилась с ней я. — Это их работа, за которую они получают деньги. Но помимо этого они умеют считать деньги, вести хозяйство, ходить на рынок, ухаживать за детьми, готовить еду и делать уборку в своем доме.

— Простолюдины и обязаны всё это уметь.

— А леди? Что обязаны уметь леди, кроме того чтобы быть умной, красивой, образованной? — невинно поинтересовалась я.

На меня со всех сторон посыпались ответы:

— Танцевать!

— Вышивать.

— Музицировать.

— Гонять слуг.

— Вести беседы.

— Носить драгоценности.

Внимательно выслушав их всех, я бросила взгляд на дворецкого и прачку, хранивших невозмутимость. Сразу видно, закаленные и вымуштрованные слуги, которым часто доводится общаться с курятником.

— Уважаемые невесты. Вы все правы! — хлопнув в ладоши, перекричала я гомон. — Вы все достойнейшие леди. Но! Я вам уже передала пожелание его сиятельства. Он хочет быть уверенным в том, что его супруга будет самой лучшей. Всё остальное не стану повторять, вы же не глупые беспамятные селянки.

На меня смотрели, раздувая ноздри, и ненавидели. Но кто говорил, что будет легко? Маркиза надо отстоять любой ценой.

Невест так много, он один.

— Дамы, я сейчас пройдусь и проверю результаты ваших усилий, — любезно улыбаясь, сообщила я.

Если бы меня могли утопить в корыте — я захлебнулась бы в грязной вонючей мыльной воде ровно пятнадцать раз. А еще четырнадцать помощниц невест попрыгали бы на трупе утопленницы.

Но, увы, мечты несбыточны. А потому бессовестная нахалка — то есть я — шла, смотрела, проверяла, комментировала и выносила безжалостную оценку.

— Леди, очень плохо, — скорбно поджав губы, сообщила я резюме. — Скажите честно, не таясь, вы готовы надеть на себя такие платья? Когда они высохнут, разумеется. Если да, то я возьму свои слова назад. Но вам придется доказать это делом.

Сначала одна, потом другая, а затем и остальные юные аристократки аккуратно спрятали пострадавшие вещи себе за спины.

— Будем учиться, — правильно поняла я. — Камилла, с сегодняшнего дня уроки стирки для юных леди входят в обязательную программу.

— Да вы в своем уме?! — не выдержала одна из компаньонок и принялась нервно обмахиваться платочком.

— А вы? — отзеркалила я ей любезность.

— Как вы смеете заставлять дочь графа ди Ламболь заниматься грязной работой?!

— Я?! — изумилась я. — Вы что-то путаете. Я всего лишь передаю пожелания его сиятельства ди Кассано. Но никто не заставляет леди участвовать в конкурсе или демонстрировать нам свои умения. Если юные леди не желают, то могут этого не делать. Если их что-то не устраивает, они могут немедленно лишить маркиза своего общества. Вот старшая дочь графини ди Люстре не хочет и не участвует. Не так ли?