Книга Невест-то много, я одна, страница 70 – Милена Завойчинская

— Ну, я-то понятно, а почему вы такой голодный?

— Потому что мой очень личный ассистент сегодня не позаботилась о нашем с Анри обеде. Более того, она вообще собралась меня бросить. И это совершенно недопустимо, – замерла его рука с вилкой над куском холодного мяса утки с румяной поджаренной корочкой.

Я тут же наткнула этот кусочек на свою вилку, нагло утащила и хитро улыбнулась.

Его сиятельство не рассердился, усмехнулся и отпил наливки из всё той же бутылки. Стаканы он почему-то нам не поставил.

— Эри, почему вам нужно уехать? Что не так? Вам не нравится здесь? – отложив приборы, откинулся мой ночной сотрапезник на спинку стула.

— Нравится. Просто… так надо. Марика, она…

— Вы сказали, что наш договор под угрозой. Который из двух?

— Оба, – поразмыслив, ответила я. – Скажите, как вы думаете, что будет, если мы придем к Касселю и попросим его, как прямого участника тех давних событий, расторгнуть старинный договор? Мы с вами представители двух родов. Он его инициатор. От него магия. От нас с вами кровь. Получится?

— Вы так не хотите за меня замуж? – нахмурился лорд Риккардо.

— Так вы ведь тоже не хотите жениться на мне, – хлопнула я ресницами. – Мы же поэтому и заключили контракт, по которому я теперь ваш ассистент. Ведь не хотите?

— Зачем вам ехать к кузине? – не ответил он.

— Я… не могу пока объяснить. Но это действительно важно. У нас с ней общие проблемы и… Ваше сиятельство, мне действительно надо туда, домой, к сестре.

— А она может приехать сюда?

— Боюсь, что нет. Вы ведь знаете, это далеко. У нее нет денег на охрану. Всё, что у нас было, мы потратили на наём тех, кто доставил сюда меня. И то, как видите, никто из них не выжил. Так что только я могу вернуться.

— Правильно ли я понимаю: вы собираетесь бросить меня и Лексинталя и отправиться в дальний путь, даже зная, как это рискованно? Невзирая на то что и сюда вы приехали живой лишь чудом. И поедете в Приграничье?

Я помолчала. Задумчиво откусила кусочек огурца. Похрустела им в тишине, проглотила.

— Да.

— Ладно, – вдруг заявил он. – После бала.

— Правда? – Я удивилась. – Вы отпускаете меня?

— Нет. Я сказал – ладно. Вы поедете в Приграничье к своей сестре, раз это так важно.

— А что тогда «нет»?

— Нет, я не отпускаю вас. Я отправлюсь с вами.

— Зачем? – опешила я.

— Действительно, зачем? – с непередаваемым сарказмом произнес он и ответил невпопад: – А потому что!

Он отхлебнул наливки. Посмаковал. Сделал пару больших глотков и протянул бутылку мне.

— Ну, если «потому что», тогда ладно, – задумчиво пробормотала я и приняла напиток.

Больше мы не обсуждали тему грядущей поездки и вынудивших меня к этому причин. И я была благодарна, что его сиятельство не выпытывает и не заставляет меня рассказывать то, что я не могу поведать.

Насытившись, мы вяло доедали ночной ужин. Так и передавали друг другу бутылку и отпивали из горлышка. И говорили обо всём и ни о чем. Темы моего активизировавшегося дара вестницы смерти коснулись лишь раз, когда мой визави спросил, не болит ли у меня голова и не режет ли глаза. Напомнил, что магистр Дукан оставил средства и для того, и для другого.

Окончательно объевшись, осоловев и захмелев, я спросила:

— А как нам завтра на работу?

— Не нам, а мне. У вас постельный режим.