Книга Госпожа проводница эфира, страница 114 – Милена Завойчинская

— Нет! Так не надо, Мирра. Подожди минуту.

Я сходила к стойке и вернулась с книгой регистрации.

— Давай так, я записываю, что ты хочешь у нас остановиться, что оплату вносишь, а ты перечисляешь, что именно ты готова оставить в качестве этой оплаты. Отель сам решит, что он готов принять. От меня это не зависит.

У нее были пять медных монет. Волосы, не имевшие никакой магической или энергетической ценности. Кровь обычного человека. Потрепанная одежда. Ничего из этого не подходило.

— Мирра, мне жаль, — отложила я ручку. — Я хочу тебе помочь. Готова выслушать, дать совет. Еще раз хорошо и сытно накормить. Но остаться здесь без оплаты ты не сможешь. Это место, оно особенное. Тут действуют свои законы и правила. Мы очутились тут ради тебя, но... Думаю, завтра утром нас уже не будет.

— Куда вы?..

— Перенесемся в другой мир. Мы путешествуем.

Она застыла каменным изваянием, уставившись в стену.

— Другие миры существуют? — спросила глухо. Я кивнула, и она продолжила: — Папа был прав. Он все же был прав. Они существуют, и я сейчас разговариваю с... Если я найду, чем заплатить, вы сможете переправить меня в другой мир?

— Сможем. Но там тоже нужно на что-то жить, как-то зарабатывать деньги.

— Да, я знаю. Но там я начну с чистого листа. Там я не буду дочерью сумасшедшего ученого, который истратил состояние на то, чтобы построить портал в другие миры. Ведь все знают, что их нет.

У нее скривились губы в страдальческой гримасе. Я промолчала, давая Мирре возможность выговориться. Сейчас она не казалась вульгарной, несмотря на жуткий макияж, синяки и кошмарное платье.

Просто уставшая, избитая девушка, попавшая в беду. Собранная, сдержанная, с хорошими манерами, с заплаканным серьезным лицом.

— Я оплачу украшением. Это единственное, что мне удалось сохранить и спрятать. Я заберу изображение, но отдам медальон.

Мирра быстро расшнуровала платье спереди, покопалась там и вытащила из потайного кармашка старинный золотой медальон с гербом на крышечке. А девочка-то из дворян.

С мрачной решимостью она открыла его, вытащила оттуда маленький круглый портрет, а сам медальон положила на книгу регистрации. И тут же в ней появилась запись, что оплата принята. А само украшение исчезло прямо на наших глазах.

— Пойдем. Я покажу тебе комнату, где ты будешь жить. Позднее скажешь, сколько ты хочешь тут погостить. И скоро вернутся еще один постоялец отеля и наш штатный лекарь. Он окажет тебе медицинскую помощь.

— Мне ведь не придется с ними... ничего такого? — с опаской уточнила Мирра, поднимаясь из кресла.

— Абсолютно точно! Никакой проституции. Забудь об этом. Ты не должна ни с кем спать за деньги или за помощь.

Я отвела ее наверх, предложила на выбор любую из комнат, и она выбрала самую дальнюю. Под номером десять. С благоговейным восторгом и ужасом осмотрелась внутри и снова разрыдалась.

А я... Я стояла и гладила по голове этого несчастного сломленного и растоптанного ребенка, которого жизнь вышвырнула в грязь.

Перед тем как оставить ее одну, предупредила, что совсем скоро приведу к ней лекаря. Ну и обмолвилась, что все сотрудники и постояльцы этого места, кроме меня, не люди. Чтобы не пугалась и не волновалась.

— Вообще не люди? — икая от рыданий, уточнила она.

— То есть абсолютно! С целителем познакомишься вот прямо... почти сейчас, — прислушалась я к эфиру. — Ночной портье придет на дежурство, как окончательно стемнеет. Ну а второй наш постоялец сейчас проходит лечение после сильной магической травмы, мы его чудом вернули к жизни. Восстанавливается. Он выглядит как мужчина, ведет себя как жуткий бабник, но при этом он дух и может перевоплощаться. Правда, пока что он даже ходит с трудом, каракатица какая-то, а не дух. Но при этом болтает без умолку и всем строит глазки. Не обращай внимания, это просто натура такая, кобелиная.