Книга Книгоходцы особого назначения, страница 25 – Милена Завойчинская

Двадцать минут… Кое-кто из адептов выглядел так, будто их сейчас разорвет: лица пунцовые, перекошенные, в глазах паника.

Я же мысленно представляла, что не платформу я топчу ногами, а мерзкую противную Иолу Дексову. Вот тебе, захухря, получи! Так тебе, курица ушастая! И еще вот так! Бам! Твою рожу эльфийскую надменную пятками, пятками!

Двадцать пять минут… Возле своих платформ со стонами повалились несколько адептов разных полов. Но нельзя отвлекаться, чтобы посмотреть, каких они рас. Потом разберемся.

Мои друзья все еще скакали, но на лице Тельтины был написан неописуемый ужас. Бедная наша эльфиечка, учившаяся на жирафу, такой подставы от меня не ожидала. Парни держались, хотя на красивом лице Ривалиса застыло задумчивое выражение. О чем уж размышлял мой «зайчик», неясно, но ногами он пока работал бодро и шустро. Боевики вообще выносливые…

Тридцать пять минут… Тина, Мальдин и Гастон осели у своих платформ. Зал ощутимо опустел, так как почти половина «спортсменов» сдалась, присела на свои платформы, чтобы не мешать остальным, и пыталась прийти в себя.

Сорок минут… Упражнения на скручивание доконали Лолу. Глядя на меня как на врага народа, бордовая от нагрузки красавица брюнетка упала на пол, да там и замерла в позе мучительно убиенного рака.

Сорок пять минут… Зал похож на склеп с ожившими мертвецами. Жалкая кучка зомби с помидорного цвета лицами и безумными глазами машет ногами, путаясь в них и стараясь не грохнуться. Взгляд верного напарника обещает мне мучительную смерть за подставу. Ведь я даже его не предупредила, а ему гордость не позволяет упасть. Раз я прыгаю, и ему приходится.

Я сама уже почти при смерти, но сдаваться пока нельзя. Моя врагиня, конечно, уже повержена и жалким кульком сидит на полу. Но Федька еще шевелится, и это надо исправить.

Пятьдесят минут… Подыхаю! Сейчас взорвусь кровавой бомбой и запачкаю своими ошметками весь зал… Нас осталось семеро: я; Ивар; Ривалис, который решил не уступать своему «сопернику»; Карел, взглядом дающий понять, что потом лично закопает меня; Нина Остролист (вот уж удивила!) и еще два парня с пятого курса фантбоев. Гады выносливые, падайте уже!

Ладно, тогда еще чуток поотжимаемся, а то ноги не держат. Хоть полежу грудью на платформе. Главное, чтобы легкие не вывалились от того, как натужно я дышу. Фух! Хорошо-то как! Может, так и остаться?

Я бросила тоскливый взгляд на Нину и двух парней. Как-то подозрительно хорошо тренируют фантбоев. Может, их готовят в космонавты?

Пятьдесят пять минут… Все, я умираю. Похороните меня красиво и пафосно, разрешаю даже надеть мне белые тапочки, и напейтесь на моих поминках. Можете сказать, что я была при жизни веселой, живой (ха-ха! Уже смешно!) и милой девушкой.

Шестьдесят минут… Внезапно стих звук бубна. И кто уцелел? Я отерла со лба пот, заливающий глаза, и посмотрела на уцелевших бойцов. Негусто.

Нина Остролист, Ривалис, Ивар, Карел, ну и маленькая едва живая я.

— Поздравляю победителей, — прохрипела я и шлепнулась попой на платформу.

За мной со стоном облегчения последовали четверо выстоявших.

В зале стояла тишина. На меня злой букой смотрела Лолина, которая уже успела вернуть себе нормальный цвет лица, хотя все равно выглядела потрепанной. Я, едва сумев поднять руку, вяло ей помахала.