Книга Сбежавшая невеста дракона, страница 78 – Ксения Есенина

— Я этого просто так не оставлю… Клянусь, вы ещё пожалеете!

— Вон! — рявкаю, оглушительно ударяя кулаком по столу. — Мерзавки! Вон отсюда!

Только когда дверь за ними захлопывается, усилием воли возвращаю себе человеческий облик, хотя Зверь беснуется внутри, порываясь разодрать обеим глотки.

— Я пытался решить конфликт спокойно, но подозревал, что уйти тихо графиня не согласится, — подаёт голос Аренберг. — Не удивлюсь, если она действительно попробует искать защиты у лорд-канцлера.

— Пусть попробует, — бросаю презрительно. — Я больше не намерен скрывать, что София — моя Истинная. Стоит Морме раскрыть рот, и все узнают, что её дочь несколько раз пыталась причинить вред моей будущей жене. Так что в их интересах сидеть молча.

Покидаю кабинет Аренберга, пребывая в спокойном равновесии. Мысль о том, что основная угроза Софии устранена, умиротворяет. Ловлю себя на этом странном ощущении. Разве не в моих интересах было, чтобы Софию отчислили за нарушение правил? Я мог надавить на Аренберга, чтобы тот «поверил» в версию Урсулы. Тогда София наконец-то досталась бы мне.

Но какой ценой?

Она бы никогда мне этого не простила.

Мне неизвестно, в каком состоянии сейчас метка Истинности на её руке. Знаю только, что связь ещё не разорвана до конца. Но лишь один неверный шаг с моей стороны, и я потеряю Софию навсегда.

Я не могу этого допустить.

Ректор приглашает Амалию сесть, а меня просит пройти в соседнюю комнату. Здесь всё заставлено книжными шкафами, на стенах висят географические карты с разными непонятными пометками, а столы завалены всевозможными магическими предметами.

А ещё… находясь здесь, я не слышу ни звука из его кабинета. Скорее всего, Аренберг активировал какой-то артефакт, зная об особенности моего дара обострять слух. Очевидно, он хочет выслушать наши свидетельства и сравнить, насколько они окажутся схожи.

Рассказ Амалии занимает довольно много времени. Проходит больше часа, прежде чем мой амулет загорается ровным светом, что означает вызов к ректору.

Возвращаюсь в кабинет, когда оттуда выходит Амалия. Глаза у неё покраснели, на щеках заметны дорожки от слёз. Она пытается проскользнуть мимо, но я мягко останавливаю её, поймав за руку.

— Спасибо, — искренне говорю ей.

Амалия нервно дёргает губами, пожимает плечами и убегает, напуганная собственной решимостью. Бедняжка. Что же Урсула с ней делала, раз сумела так затравить? Даю себе слово следить за Амалией и больше не позволять причинять ей вред.

— Итак, мьес Лэнси, я вас внимательно слушаю, — говорит Аренберг, едва я сажусь в кресло.

Выкладываю неприятную историю во всех подробностях, начиная с момента, когда застала Амалию в кругу подружек Урсулы, и заканчивая тем, как последняя поменяла амулеты прямо перед появлением профессоров.

Ректор выслушивает меня внимательно, ни разу не перебив. Когда я завершаю рассказ, некоторое время пристально смотрит, уперев подбородок в сцепленные пальцы и слегка нахмурив брови.

— Вы можете назвать имя адептки, которой мьес Альдани передала фальшивый амулет?

— Я не знаю, как её зовут, могу только описать внешность. Учится на бытовом, шатенка с каре. У неё ещё… такая заметная родинка на щеке. Её не было в кабинете среди остальных. Видимо, сбежала, пока мы все шли сюда.