Книга Русалка для принца, страница 1 – Марго Арнелл

Прохладная ткань скользила по моей коже, словно нежное подводное течение. Она сплетена из водорослей искуснейшими русалками моего племени. Однако жемчужный цвет платья, как и блеск кораллов, наполняющий мои покои, сегодня казался особенно тусклым. Сердце сжималось так, что мне больно дышать.

Завтра я стану женой принца Амира из пустынной страны Ишаар.

Я стояла перед зеркалом из полированного раковины наутилуса и вглядывалась в свое отражение. Будто прощалась с ним. Длинные, цвета морской пены волосы струились по плечам. В пряди вплетены нити жемчуга и мелкие блестящие ракушки — последняя память о моей прежней жизни. Жизни свободной, беззаботной дочери океана.

Жизни, которую я вскоре принесу в жертву.

Война между нашим народом и людьми длилась уже столетия. Она унесла бесчисленные жизни, оставила шрамы на теле океана. Наш с Амиром брак, наш союз, хрупкий, как пузырь пены, — моя надежда на то, что кровь больше не будет окрашивать коралловые рифы.

Я вздохнула, и пузырьки воздуха взлетели вверх. Принц Амир ведь тоже жертвовал своей свободой. Так может, эта жертва нас объединит?

— Глупая, — прошептала я своему отражению. — Сколько можно вериться в сказки? Принц Амир ненавидит океан.

А еще он ненавидит меня.

Первая встреча с ним, произошедшая несколько недель назад, врезалась в память, словно осколок раковины. Амир явился не один. За ним следовала свита, облаченная в многослойные одеяния цвета песка и солнца из причудливых, почти невесомых тканей.

Встреча состоялась в подводном гроте, который специально по такому случаю осушили — просто изгнали из него воду и подняли ее стеной. И все равно люди принца казались чужими и неуклюжими в наших подводных залах.

Но Амир… Амир был иным. Высокий, с глазами цвета ночной пустыни, он излучал уверенность и силу. И с неприязнью смотрел на меня.

— Принцесса Мелиора. — Его голос был сухим, как песок вдали от кромки берега, и холодным, как северное течение. — Рад нашему знакомству.

Рад? Я видела в его взгляде лишь неприкрытое отвращение. Он словно смотрел на ядовитую медузу, а не на будущую жену.

Дипломатические речи, которые лились из уст наших отцов, звучали фальшиво и пусто. Слова о мире, о взаимной выгоде, о прекращении кровопролития… все это тонуло в леденящей атмосфере ненависти, исходящей от Амира.

После нас оставили наедине. Знаю, я должна быть благодарна — на этом настояла моя мать. Изначально предполагалось, что я увижу принца в день своей свадьбы. Подруги рассказывали, что для надводных стран такое не редкость. Мне же и вовсе позволили побеседовать с женихом.

Впрочем, когда грот опустел, никто из нас не выглядел особенно восторженным. Амир смотрел на меня с холодным скепсисом, я на него — с настороженностью. Просто не знала пока, чего ждать.

— Отец верит, что наш брак спасет оба мира, подводный и земной, — сухо сказал принц. — Как по мне, глупо идти на поводу детских сказок.

— Я пришла не ради сказок, а ради мира, — отозвалась я, глядя ему прямо в глаза. — Хоть кто-то из нас должен верить, что он возможен.

— Мир? Между песком и волнами? — В голосе Амира звучала откровенная насмешка. — Говорят, вода точит камень… Не удивлюсь, если вы и распространили эти легенды о сакральном браке, чтобы не признавать себя проигравшими и вдобавок отнять наш трон.