Книга Зачарованные сладости попаданки, страница 59 – Марго Арнелл

— Как что? Всем же известно, что коты — это жидкость, — безапелляционно заявила Зефирка.

— Нет, это не так, — уже привыкшая к ее причудам, спокойно сказала я.

— Да? Тогда почему я могу сделать это…

Зефирка сунула лапку в тонкую щель под дверью Финна, и она… каким-то образом туда вошла! Потом показалась наружу и, будучи тоненькой и плоской, напружинилась и приняла изначальную форму.

Как зефир — до того, как его расплющат между пальцами, превратив в подобие лепешки.

— И ты так можешь сделать со всем своим телом? — недоверчиво спросила я.

Зефирка фыркнула.

— Смотри и учись.

От последнего я, пожалуй, воздержусь. Однако за телодвижениями кошечки я наблюдала с жарким интересом.

Ей и впрямь удалось каким-то образом проскользнуть в щель под дверью. Да… И зачем мне настоящий зверь в качестве фамильяра, когда у меня есть Зефирка?!

Список ее талантов рос день ото дня.

За дверью раздалось глухое “Ааа”, резко оборвавшее музыку — к явному разочарованию толпы под окнами. Потом было что-то вроде ворчливого: “Чего тебе”, следом — “А ну отпусти! Отпусти, я кому говорю!”. И наконец: “Ладно, ладно, иду я!”

Дверь распахнулась и моим глазам предстала Зефирка, сидящая на плече Финна… и вцепившаяся крошечными зубками в мочку ее уха. Лапка ее указывала в мою сторону.

— Зефирка! — ахнула я. — Ему же, наверное, больно.

Она отпустила ухо Финна и смущенно хихикнула.

— Не, не больно, — махнул рукой сосед. — У нее зубы как из глины.

— Сам ты глина, — обиделась Зефирка, спрыгивая с его плеча. — У меня прелестные жемчужные зубки.

— О, она разговаривает.

Удивился Финн как-то лениво. Впрочем, неудивительно. Он выглядел так, будто не спал уже неделю. Всклокоченные волосы торчали во все стороны, глаза были огромными, как блюдца, и в них пылала одержимость. Дрожащими руками он вцепился в лютню, словно это была последняя опора в мире.

— Ты отдыхать собираешься?

— Отдыхать? — Он расхохотался, будто я рассказала глупейшую шутку. — Когда музыка сходит с небес? Когда озарение буквально кипит в венах? Когда муза сидит у тебя на плече и диктует аккорды?! Меня посетило вдохновение! Настоящее вдохновение! Никогда такого не испытывал!

И это видно. Его комната была завалена листами пергамента, исчерканной множеством простых символов — вероятно, нечто вроде табулатуры.

— Послушай, — начала я осторожно. — Я, конечно, за вдохновение, но твои руки дрожат так, что скоро ты эту лютню будешь использовать как подушку.

Он махнул рукой.

— Пока муза со мной, я не отступлю! Вдохновение может улетучиться в любое мгновение!

— Так и случится, — огорошила его я. — Финн… Помнишь, пирожное, которое я тебе принесла? Именно оно подарило тебе вдохновение. Я хотела помочь тебе — ну и себе немного… Но не думала, что оно приведет к такому результату. Я не хочу, чтобы по моей вине с тобой что-то случилось. Ты же едва на ногах стоишь!

Он замер. На усталом, бледном лице промелькнула грусть.

— Пирожное? Значит, это вовсе не муза, а… волшебная выпечка?

Я слегка смутилась, но кивнула.

Он перевел взгляд на лютню в своих руках, потом снова на меня. В глазах вновь зажглась искра.

— Тогда мне тем более некогда спать! Вдруг, когда я проснусь, действие пирожного закончится! Я буду играть, пока не напишу всю музыку мира!

С трудом представляю себе это, но целеустремленность Финна вызывала у меня серьезное беспокойство.