Книга Жестокая игра. Истинная под прицелом, страница 11 – Майя Фар

— Нет! Только не она!

А мужчина посмотрел на него так что Зифа сжался:

— Любой может пожелать и желание его будет выполнено.

Он взглянул на меня, и я едва справилась с дрожью, охватившей меня от этого взгляда.

— Откройте клетку, ― приказал он.

Зифа пополз к ногам мужчины:

— Господин, не губите, давайте я отдам вам золото, всех рабов. Всё, но только не её.

Мужчина брезгливо отбросил, вцепившегося в его сапоги купца.

— Зачем мне твоё золото? Я и так могу его взять, да и рабов у тебя останется столько, сколько из них пожелают остаться рабами.

Мужчина снова перевёл взгляд на меня:

— Не передумала?

И я вздрогнула, вдруг осознав, что до сих пор стою, вцепившись в деревянные прутья клетки. Как оказывается страшно выходить из клетки, как будто бы она стала для меня защищённым пространством. А всё вокруг был чужим и враждебным.

Как часто и в жизни так происходит, что мы вместо того, чтобы попробовать что-то новое, вдруг понимаем, что нет, нам лучше остаться в своем старом, может и надоевшим, может уже и тесным, но зато привычно-комфортном. И тогда мы перестаём расти. Потому что только выйдя за пределы нашего комфорта, мы эволюционируем.

Но как же сложно сделать этот шаг, всё равно что шагнуть в пропасть. Я взглянула на мужчину, который даже шага не сделал, чтобы помочь мне и в целом смотрел на меня без эмоций, собрала все силы, что у меня остались и… вышла из клетки. У меня даже сердце забилось, но уже от облегчения, что я смогла, я сделала этот шаг.

Дальше стали выходить ещё люди, в основном мужчины, вышло несколько женщин. К моему удивлению, не все. Я смотрела по сторонам, но нигде не видела Корна и его воспитанника.

А нападавшие потрошили запасы купцов. Они и вправду не брали золото, не брали драгоценности, вот, что их действительно интересовало, это ткани, посуда, причём простая, а не та, что везлась на продажу, как предмет роскоши, и, оружие.

Главный, к сожалению, я пока не знала, как его зовут, крикнул:

— Это все? Кто-то ещё решил стать свободным?

В ответ больше никто ничего не сказал, но мне показалось странным, что нигде нет старика.

— Простите, ― громко сказала я, и все обернулись, ―в караване был ещё один пленник в клетке, я не вижу его.

Я даже не заметила, как Зифа бросился на меня, хорошо, что у вожака реакция была отменная, вот только для Зифа она оказалась бы смертельной, не притормози он.

— Ты, что собака, ты скрыл от меня рабов⁈ ― взревел главный и одной рукой поднял Зифа, который весил не меньше ста килограммов на мой взгляд, а то и больше, за шкирку вверх, ― ну-ка показывай!

Оказалось, что Корна связали вместе с его воспитанником, и накрыли плотной рогожей, бедолага Корн почти что задохнулся.

Когда их развязали и привели, главный снова задал вопрос, и мальчишка даже подпрыгнул, сверкнув жёлтыми глазами:

— Я выбираю свободу!

Корн улыбнулся, глядя на воспитанника.

Зифа мрачно смотрел на главного:

— Уж лучше бы ты меня убил.

Главный отвернулся, а мальчишка, внезапно вырвал короткий меч из ножен стоявшего рядом с ним одного из тех, кто напали на караван, и в два прыжка подскочил к Зифе:

— Давай я тебя убью, толстяк!

Зифа бежал так, что ему бы позавидовали многие бегуны.

А мужчины, стоявшие вокруг одобрительно рассмеялись.

Мальчик, который явно получил воспитание лорда, уж очень отличался от других, остановился перед вожаком: