Книга Баллада о неудачниках, страница 66 – Юлия Стешенко

— Что у тебя творится?

Преклонившая колени у сундука Вилл дернулась и звонко треснулась головой об откинутую крышку. Сапог резко вильнул, чуть не засадив мне каблуком в глаз.

— Денфорд! Тебе обязательно подкрадываться?

— Шутишь? Я в доспехах, у меня подошвы гвоздями подбиты, и я тебе кричал!

— Я не слышала. Проходи, садись, — парящее барахло разошлось, как воды в море египетском, освобождая проход к кровати.

— Что тут происходит? — я откинул одеяло и примостился на краешек. Котта была не то чтобы грязная, но седло — это вам не золотой трон. Дремлющая на подушке Колючка, завидев свободные колени, встрепенулась и пошла на штурм, победно задрав хвост. Глаза у нее были круглые и бессмысленные, серые, как речная галька.

— Собираюсь. Где чертов второй сапог? Все перерыла. Ты не видел, куда я сунула эту дрянь?

Я задумался. Что-то такое вспоминалось. Плавало на краю сознания. Сапог. Сапог… Я снял Колючку с колен.

— Сейчас.

Опустившись на четвереньки, я сунул руку под шкаф.

— Там нет, я смотрела.

— Да погоди ты.

Ладонь натыкалась только на пыль, обрывки бумажек и желуди, которые так любила гонять Колючка. Желудей было много. Очень много. Будущая, мать его, дубовая роща. Все. Хватит. Больше не буду эту дрянь из лесу таскать. А служанку гнать надо отсюда к хренам собачьим. Убирает она! Полы моет! Да я лучше убрать могу!

Я лег на живот и просунул руку поглубже. Пальцы наткнулись на мягкую кожу. Потянув, я выволок покрытый слоем пыли сапог. Из голенища выкатился одинокий желудь.

— Вот. Держи.

— Ух ты! — Вилл отобрала у меня сапог и села на пол, опершись спиной о сундук. — Как он там оказался?

— У твари блохастой спроси. Она сапоги за шнурки по всему дому таскает.

— Мог бы и отобрать.

— Так я и отбирал! Когда видел. Мне что, круглыми сутками обувку твою караулить? Кстати, Колючка тебе голенище подрала.

Вилл задумчиво провела пальцем по царапинам.

— Ладно, переживу. Все равно сапоги рабочие.

— Убери паршивку из комнаты. Ты же на обуви разоришься.

— Не обижай ребенка! В следующий раз уберу сапоги на шкаф.

Я хмыкнул, нащупал желудь и швырнул его на середину комнаты. Колючка, растопырив лапы, сиганула с кровати и поскакала за ним. Комната наполнилась сухим деревянным треском.

— Надо тебе желудь на нитку привязать. Проделать в нем дырку и подвесить. Пускай играет, а не сапоги дерет. Так куда ты собираешься?

— Уезжаю.

Что?!

Только сейчас до меня дошло, что одета Вилл очень странно. Свободного покроя штаны, вязаная кофта в облипку, куртка со множеством нашивок… В Англии такое не носят.

— Как уезжаешь?!

— Обычно. Черт. Мне уже нужно одетой быть. Кучу времени с этими гребаными поисками потеряла.

— Куда? Зачем?!

Манси. Сука. Так я и знал. Так и знал! Все из-за этого гребаного недоделка! Ну нахрена я женщину послушал?! Придушить надо было гаденыша и в лесу прикопать. Нет мудака — нет проблем!

— Вызывают, — натянув на ногу сапог, Вилл начала сосредоточенно затягивать шнуровку. — В четыре часа с той стороны меня транспорт ждать будет. Пока соберусь, пока доеду…

— Зачем вызывают? — усилием воли понизил голос я.

— Ну не на танцы же. В тридцать седьмом секторе прорыв. Поганое место, там постоянно какой-то дерьмо случается. Всех боевых магов, кто рядом был, уже согнали, а нас только собирают. Подай-ка мне амулеты. Вон те браслеты, с камешками, — не отвлекаясь от шнуровки, Вилл махнула рукой в сторону этажерки.