Книга Шесть соток волшебства, страница 20 – Юлия Стешенко

Стоя под яростно жужжащей дрелью, Инга ловила падающую сверху бетонную крошку и старательно таращилась вверх. Потому что при малейшем повороте головы она буквально утыкалась лицом Ярославу в пах — и прикипала взглядом к серебряному проблеску молнии за ширинкой. Несколько раз поймав себя за этой вопиющей бестактностью, Инга решила в принципе не смотреть вперед и теперь щурилась, уворачиваясь от перемолотого дрелью бетона.

Руки у Ярослава были сухие и жилистые, с рельефно проступающей голубоватой сеточкой вен. На смуглой, прожаренной яростным южным солнцем коже темнел прозрачный пушок волос. А ладонь светлая — кроме овального пятна на запястье.

— У тебя необычный загар, — не удержалась Инга. — Ты что, перчатки летом носишь, что ли?

— Ага. Мотоциклетные, без пальцев, — коротко сверкнул зубами Ярослав. — После них загар пятнами, как у леопарда. Подай, пожалуйста, молоток и дюбель.

— Держи. Так ты, получается, мотоциклист?

— Вроде того, — прикусив нижнюю губу, Ярослав вставил дюбель в отверстие и стукнул молотком. Рыжий пластик по горлышко ушел в бетон.

— Покатаешь на мотоцикле? — на секунду скользнув глазами вниз, к узким поджарым бедрам, Инга снова вернула взгляд туда, где ему положено быть.

— Не получится.

— Почему? Девушка ревновать будет?

— Не будет. Девушки у меня нет. И мотоцикла тоже нет — я его в мае разбил.

— О. Как жаль, — сочувственно сжала губы Инга. — Ты сам хоть не сильно поломался?

— Нормально все обошлось. А мотоцикл в хлам размотал, мотоцикл жалко, — спрыгнув с табурета, Ярослав с преувеличенным старанием принялся наматывать шнур на дрель. — Все, готово. Можешь вешать свои цветочки.

— Спасибо!

С облегчением оставив неприятно повернувшийся разговор, Инга примерила к окну горшочек с традесканцией. Подумала, поставила, взяла плетеное кашпо, из которого свисали длинные пушистые плети аспарагуса.

Разбил… В мае. За пару месяцев до смерти бабки. И телефон разбил…

Так вот, оно, значит, как.

Ярослав попал в аварию, расколотил все, что можно — и сто процентов расколотился сам. Потому что нельзя размотать мотоцикл в хлам и отделаться парой ушибов. Это вранье чистой воды. Наверняка после аварии Ярослав серьезно так поломался — а родители побежали к бабе Дуне за помощью. И старая ведьма помогла. Но не бесплатно. Переломы у Ярослава срослись на удивление медикам, а счет в банке обмелел. На удивление банковским служащим.

Вот почему у Ярослава нет денег на телефон.

Вот почему он ходит летом в кожаной куртке.

И вот почему так хорошо знает дом.

— Евдокия Павловна тебя лечила? — спросила в лоб Инга, и Ярослав растерянно заморгал.

— Ты о чем? Я не…

— Да ладно тебе. Я знаю, что баба Дуня была… целительницей. И знаю, что ее методы действительно работали. На себе проверила.

— Да? Ну… Да. Вроде того, — то ли смущенно, то ли облегченно улыбнулся Ярослав. — Баба Дуня меня лечила.

— Успела вылечить? Если нет, я могла бы попробовать. Опыта, правда, у меня нет совершенно, — честно призналась Инга. — Но и денег с тебя не возьму.

— Предлагаешь мне роль подопытной мыши?

— Предлагаю помощь. Если нужна.

— Да вроде уже не особо. Главную проблему баба Дуня решила, а остальное… Остальное зависит уже от меня, — Ярослав нервно стянул полы куртки, и Инга, осознав, что совершенно неприлично на него таращится, отвела глаза.