Книга Сага о принце на белом коне. Книга 1, страница 17 – Юлия Стешенко

Не переставая бубнить, Барти начал плести замыкание. Воздух вокруг пятачка, окруженного стенами домов, задрожал и поплыл, искажая контуры зданий.

— Что он сейчас делает? – наклонившись к Иве, прошептал Торвальд.

— Выполняет трансформацию гомеоморфного пространства. Параллельно фалломорфируя. Барти у нас удивительно многогранная личность и высококвалифицированный специалист.

— А, – озадаченно моргнул Торвальд. – Ага.

Склонившись, он оказался так близко, что Ива отчетливо видела россыпь бледных веснушек на светлой коже.

— Барти сворачивает пространство, – усовестилась Ива. – Когда он закончит, никто не сможет подойти к этому месту – и никто не сможет из него выйти. Представьте себе круглый дом без дверей. Мы внутри, все остальные снаружи. Вот, смотри!

Бредущая по улочке курица, достигнув границы замыкания, вдруг заколыхалась, поплыла, вытягиваясь, как растаявшая жвачка. Изогнувшись бесконечной вибрирующей дугой, она скользнула за несуществующий угол, возникла снова с другой стороны улицы и продолжила свою неторопливую прогулку, склевывая с земли какой-то мусор.

Торвальд проводил ее задумчивым взглядом, какое-то время помолчал и очень серьезно кивнул.

— Я понял. Это полезное колдовство.

— Весьма. Но не самое уместное в данном случае. Барти прав – сейчас тут должны работать не мы, а безопасники. Вы что, не сообщали нашим о проблеме?

— Почему? – удивился Торвальд. – Сообщали. Сначала отец попытался сам с Альдис договориться, а когда не получилось – попросил у ваших колдунов помощи.

— И что?

— И ничего. Сказали, что наша колдунья – наши проблемы.

— Ну да, – закончив плетение, Барти несколько раз встряхнул кистями и болезненно сморщился. – Вот черт. Помедленнее надо было. А ты, Ив, как из сказки вышла. Подумай сама: Лейви не буянит, людей не жрет. Даже под ворота «Норд Кристал» не гадит. Ну на что тут безопасники реагировать-то должны?

Ива, закатив глаза, сделала широкий жест, очерчивая несчастного Лейви с головы до пят, словно манекен в витрине. Бедняга смущенно потупился и пригладил вышитую рубаху. Лучше не стало. Лейви был бесповоротно и категорически мертв. Там, где меч Торвальда раз за разом проламывал череп, под коротким ежиком волос проступали глубокие нейронные вмятины, так и не затянутые до конца соединительной тканью. Барти, оглядев его, равнодушно пожал плечами:

— И что? Я тоже не Аполлон. Это же не повод привлекать безопасников.

— Но ты хотя бы живой! – не собиралась сдаваться Ива.

— Сейчас живой, завтра не живой, – блеснул философической максимой Торвальд. – Вы что делать-то собирались?

— Для начала хотелось бы разобраться, – Ива оглянулась, не обнаружила ничего, пригодного для сидения, и прислонилась плечом к стене. Тяжелые темные бревна были холодными и сырыми даже на вид – но волчий плащ оказался на удивление эффективен. – Рассказывайте. Все и по порядку.

Торвальд, вопросительно покосившись на Лейви, откашлялся, пригладил ладонью короткую аккуратную бородку. И начал рассказывать.

Умер Лейви в конце лета. Пошел в гости к двоюродному брату крышу на новом сарае ладить, навернулся с балки да и сломал себе шею.

— Ну да, – виновато развел мосластыми руками Лейви. – Такое с каждым может случиться.

— Вот именно, – поддержал своего знакомца Торвальд. – Такое может случиться с каждым! Но Альдис втемяшила себе в голову, что Лейви упился бьером.