Книга Из небытия, страница 89 – Анастасия Шадрина

Ни один из придворных не осмелился шелохнуться. Даже король, углублённый в болезненное оцепенение, вдруг открыл глаза шире и нахмурился, напрягшись. Его взгляд застыл на груди казначея, там, где эссенция исчезла, оставив за собой крошечное мерцание. Ирис, всё это время стоявшая чуть в стороне, внезапно шагнула ближе. Почти незаметно. Её глаза, привыкшие к анализу и наблюдению, не могли не втянуться в происходящее. Любопытство, вопреки внутреннему сопротивлению, захватило её. Эссенция продолжала свою работу, невидимую и молчаливую. В воздухе ощущалось: что-то началось, и это «что-то» уже нельзя было остановить.

Вдруг казначей дёрнулся, его грудная клетка сжалась, из горла вырвался глухой кашель – влажный и глубокий. Он с силой вдохнул, как утопающий, что только что вынырнул из-под воды. Его веки дрогнули и приоткрылись.

— Воды… – прохрипел он.

Аника прижала ладонь к губам, пытаясь скрыть удивление. Затем поспешно налила воды и поднесла кубок к его устам. Он пил, жадно, тяжело, но уже осмысленно. Грудь вздымалась, пульс стал ровнее. Цвет лица понемногу начал возвращаться.

— Это… невозможно, – прошептал кто-то из придворных.

— Он был почти мёртв… – добавил другой.

А в глазах Вильгельма, наблюдавшего за этим в молчании, изменилось что-то едва уловимое. Толпа начала гудеть, как улей, в который только что кинули палку. Придворные тянулись вперёд, чтобы взглянуть на казначея, словно подтверждение чуда можно было получить, лишь приблизившись. Кто-то воскликнул от переизбытка чувств, кто-то захлопал. В воздухе витало возбуждение, смешанное с неверием. Сандер, стоявший у стены, сделал шаг вперёд.

Его голос был чётким и достаточно громким, чтобы перекрыть общий шум:

— Назад! Господину Вéсламу нужен покой. Покиньте помещение.

Несколько человек замерли в растерянности, но, увидев выражение его лица, поспешили отступить. Гвардейцы у дверей переглянулись и начали вежливо, но твёрдо выдворять публику. Никто не посмел спорить. Луиза осталась стоять на своём месте, чуть прикусив губу от напряжения, а Ирис наблюдала за происходящим с холодной сосредоточенностью.

Вильгельм сделал подзывающий к себе жест рукой, и Аника с Эйданом подошли ближе. Король медленно повернул голову, в его взгляде читалась привычная суровость, но голос был хриплым, едва сдержанным:

— С этого момента займитесь исцелением всех больных в замке. Немедленно. Затем – город. Мы не можем больше ждать. Торговый порт должен быть открыт как можно скорее, – он перевёл взгляд на Эйдана. – Ты покажешь остальным лекарям, как работать с этой эссенцией и наконец займёшься мной. Без всяких выкрутасов. Мне нужна ясная голова. Ты меня понял?

— Вполне, – отозвался Эйдан, слегка склонив голову.

Король кивнул – коротко, резко, словно отсёк разговор. Затем махнул рукой своему слуге, и тот медленно покатил кресло к выходу. Он удалился молча, не оборачиваясь. Покои наполнились звуками ровного дыхания исцелённого. Луиза остолбенела. Она не отрывала взгляда от казначея, который ещё несколько минут назад лежал полуживым. Осознание происходящего дошло до принцессы быстро, ступенчато. Рядом раздался мягкий шаг. Ирис подошла к Луизе и осторожно положила ладонь ей на плечо. Тепло касания вернуло принцессу к настоящему.

— Как ты? – тихо спросила Ирис, заглядывая в её глаза, в которых застыло что-то среднее между изумлением и трепетом.