Книга Из небытия, страница 53 – Анастасия Шадрина

— Я рад, что вам понравилось, Ваше Величество, – он театрально поклонился королю.

Вильгельм хмыкнул и чуть качнул головой.

— Но ты все таки обязан помнить, что даже у тебя должны быть границы, – сказал монарх, в его голосе на краткий миг прорезалась сталь. – Леди Генриетта вернулась к нам, а ты так фривольно встретил её.

Король двинулся вперёд. Подойдя к Ирис, он слегка наклонился, и та, не колеблясь, опустилась в низкий реверанс. Вильгельм взял её за руку, движения его были размеренными. Затем он медленно склонился и поцеловал её в тыльную сторону ладони. Прикосновение оказалось неожиданно долгим и неприятно влажным. На коже остался след, словно маслянистый отпечаток, от которого захотелось немедленно оттереться. Когда король выпрямился, на его лице играла самодовольная усмешка, а пальцы ещё на мгновение задержались на её запястье, прежде чем отпустить.

— Мы скучали, леди Генриетта, – промурлыкал он, не отрывая взгляда от её небесно голубых глаз. – Уверен, нам ещё будет… о чём поговорить, – сказал монарх с долькой вожделения.

Ирис напряглась. Эйдан, до этого хранивший молчание, наконец сделал шаг вперёд. Его голос прозвучал ровно, но с такой стальной интонацией, что даже ближайшие придворные невольно переглянулись.

— Ваше Величество.

Король, не спеша, повернулся к нему, слегка раздражённый тем, что кто-то посмел прервать его момент. Взгляд скользнул по некроманту с интересом. В уголках губ заиграла ухмылка.

— Ах да, наш незваный гость. Пройдём в тронный зал, – продолжил он, делая шаг в сторону и жестом приглашая следовать за собой. – Ты прибыл сюда явно не спроста. И мне хочется понять – зачем. Там не будет придворной болтовни. Только ты, я… – он на секунду замолчал, улыбка стала тоньше, – и два десятка моих личных гвардейцев. А вы, леди Генриетта… – его тон стал приторно-сладким, – можете отдохнуть после долгого отсутствия.

Ирис сдержанно поклонилась, опуская глаза, как подобает леди при дворе, но перед тем как отвернуться, коротко встретилась взглядом с Эйданом. Тот едва заметно кивнул ей. Девушка развернулась и, не оборачиваясь, направилась по длинному коридору, ведущему в другую часть замка. Её шаги были лёгкими, но в осанке чувствовалось напряжение. Огромные створки дверей тронного зала сомкнулись с глухим, тяжёлым звуком, оставив за собой мага и короля.

С каждым шагом вглубь коридора напряжение внутри нарастало. Холодные стены, увешанные тяжёлыми гобеленами, и потемневшие портреты королевской знати, взиравшие померкшими глазами, – всё это давило на сознание Ирис, ещё не привыкшее к атмосфере этого замка. Она вспомнила эти картины. Всё это девушка уже видела прежде, во снах. В тех пугающих, смазанных картинах подсознания, которое осталось от Генриетты. Ирис сглотнула, невольно ускорив шаг. В голове гулко отзывался пульс. Каждый шорох казался знаком беды. Слева ряды картин сменялись бронзовыми бюстами, справа окон уже не было – витражи остались позади, и теперь пространство освещал лишь редкий, мигающий свет от свечей.

Вдруг по коридору проскользнул сквозняк, и в тот же миг пламя свечей дрогнуло и стало гаснуть – одна за другой. Всё вокруг погрузилось в зыбкий полумрак. Ирис резко остановилась. Сердце глухо бухнуло в груди, и она инстинктивно прижалась спиной к стене. В ушах стучала кровь. Шаг, едва слышный, но отчётливый. Потом – ещё один. И ещё. Ирис затаила дыхание. В горле пересохло.