Книга Из небытия, страница 42 – Анастасия Шадрина

— Любопытно… – тихо проговорил он. Затем его взгляд скользнул к знаменосцу. – Извините этого человека за то, что он заставил вас волноваться, – произнёс Архонт, всё тем же бархатным тоном. – Надеюсь, что мы ещё встретимся, – сказал он мягко и отступил вглубь кареты. Шёлковая занавесь беззвучно закрылась.

Карета медленно тронулась с места. Всадники повернули за ней, знаменосцы снова зашагали вперёд, и процессия скрылась за деревянными домами. Ирис осталась стоять. Она не понимала, что произошло. Но чувствовала, что что-то треснуло внутри неё. В груди пульсировала пустота, оставленная этим взглядом и прикосновением, которое зацепило за глубинные, ещё не осознанные ею самой, струны души. Холодный ветер ударил по лицу, растрепав волосы. Она не отреагировала. Где-то вдали, между лавками, голос Ханны окликнул её.

— Ирис! – она подбежала, обеспокоенная. – Ты что, не слышала меня? Всё хорошо?

— Да… – прошептала девушка, – всё хорошо.

Лёгкие будто не слушались её, в груди всё ещё звенела та безмолвная дрожь. Ирис сделала шаг, затем другой, но вдруг остановилась, чувствуя что-то тёплое под верхней губой. Девушка провела пальцем под носом и увидела алую каплю крови. Тонкая струйка медленно стекала по коже, ярко выделяясь на фоне её приобретённой бледности.

— Кто это был? – тихо спросила Ирис, вытирая платком кровь. Рука её всё ещё дрожала.

— Архонт Света, – выдохнула Ханна. – Верховный глава культа Вечность Света.

Ирис нахмурилась, поднимая на неё взгляд.

— Культа?

Старуха осмотрелась, опасаясь, что их кто-то может подслушать, и подошла ближе, понизив голос:

— Они называют себя просветлёнными. Говорят, что очищают Кадере от скверны. На деле же это фанатики – могущественные и влиятельные. У них храмы в каждом крупном городе. Они повсюду. Даже сам король Вильгельм II прислушивается к ним. Вечность Света возводит ненависть к магии в ранг священного долга.

— Почему тот человек был в маске? – спросила Ирис, чувствуя, как внутри поднимается странная смесь страха и любопытства.

— Таков их обычай: когда старый умирает, на его место приходит новый Архонт Света. Его имя забывается, биография стирается, всё, что связывало его с прежней жизнью, исчезает. Он становится лицом культа. С этого момента Архонта провозглашают Безымянным, и тот более не принадлежит себе. Отныне он служит лишь Вечности. Маска, что возлагается на лицо, не просто символ, а обет, знак полного отказа от личности. Считается, что пока она цела, культ не угасает.

Ирис молчала, её мысли блуждали в лабиринтах этой неожиданной встречи. В голове звучали отголоски бархатного голоса. Вдруг взгляд её упал на руки Ханны, сжимающие сумки, набитые продуктами. Старуха пошатнулась, и Ирис, очнувшись, поспешно бросилась к ней.

— Прости… Я даже не заметила, – тихо сказала она. – Дай помогу.

Ханна только улыбнулась, передавая ей одну из сумок. Они молча направились к лошадям. Деревня уже возвращалась к обыденности, словно помпезная карета и всадники были всего лишь мимолётным сном.

Эйдан сидел в саду, в тени раскидистого орешника, лениво покуривая трубку. Он задумчиво следил за птицей, медленно кружившей в серо-голубом небе. Увидев приближающихся всадниц, он неспешно поднялся, стряхивая пепел на влажную от росы траву.