Книга Принцесса Ардена, страница 222 – Софи Анри

— Верховный жрец пытался забрать душу Изану, но он убил его своей магией и обессилел так, что не может проснуться. Помогите ему, пожалуйста! – По ее щекам градом катились слезы, и она с мольбой смотрела то на Закарию, то на Хирана. Только они двое могли понять, что за бессвязный бред она несет.

Но, к ее удивлению, снова заговорил Вириан:

— Хиран, Закария, позаботьтесь о том, чтобы я ни при каких условиях не выпустил руку Изану. Даже если потеряю сознание. – Он приблизился к кровати, на ходу разрезая ножом свою ладонь.

— Что ты собираешься делать? – взволнованно спросил Закария.

— Ритуал побратимов. Изану истощил магию и не сможет очнуться без помощи.

— Ритуал побратимов? – переспросил Рэндалл.

Вириан кивнул.

— Он похож на ритуал Единения, но не такой… интимный. Ритуал побратимов создает связь сродни кровному родству. Наши души не станут единым целым, но я смогу поделиться с ним достаточной силой, чтобы он сам выкарабкался.

— Я сделаю это. – Закария уже взялся за свой кинжал, но Вириан покачал головой.

— Вашей магии не хватит, здесь нужна сила светоча.

Роксана смотрела на них в полном недоумении. Откуда Вириан знал о светочах? Что за ритуал побратимов? Неужели он и сам светоч?

Когда Закария отпустил руку сына, Вириан порезал его безвольную ладонь и соединил их порезы.

— Единый, взываю к тебе по праву одаренного тобою светоча, – заговорил он тихо и смиренно. – Соедини нас узами, что прочнее кровного родства, объедини силы наши, сделай нас братьями не по крови, а по воле твоей. Как меч и щит в бою, как земля и воздух, как корни дерева и листья, как солнце и небо. В беде и радости, до последнего вздоха. Клянусь.

Сначала ничего не происходило, но спустя несколько мгновений Роксана заметила, что и без того неестественно яркие зеленые глаза Вириана озарились изумрудным свечением. Все в комнате замерли, боясь пошевелиться. Каждый из них заметил, что к Изану начала стремительно возвращаться жизнь. Но по мере того, как его кожа приобретала здоровый румянец, Вириан бледнел и слабел. И когда янтарные глаза распахнулись, – при виде этого Роксана, содрогнувшись, расплакалась от облегчения, – Вириан потерял сознание, став таким же бледным, как Изану совсем недавно.

Изану пришел в себя через два дня после той роковой ночи. Он помнил все в мельчайших деталях. И как магия вышла из-под контроля, поглотив его разум, и как он утратил волю и пытался убить Роксану, и как попал в ловушку собственного разума. Все это казалось таким эфемерным, но в то же время пугающе реальным.

Он одержал победу в схватке с Верховным жрецом только благодаря Роксане. Она стала его поддержкой, опорой и тем лучиком света, который не позволил тьме полностью поглотить его.

Но когда все закончилось, Изану понял, что выбраться из магической ловушки Верховного можно только при помощи магии, а он ее истощил. У него остались какие-то жалкие крохи, которые он использовал, чтобы спасти Роксану. Когда ее образ растворился, он ни о чем не жалел и уже готов был умереть с ее именем на устах.

На третий день Изану обнаружил, что находится в своей комнате в родительском доме. Шторы были задернуты только наполовину, и в комнату проникал мягкий солнечный свет, а тонкий тюль колыхался от ветра. Изану приподнялся на локтях и заметил в кресле напротив дремлющего отца. Он выглядел изможденным: даже во сне его губы были сжаты в тонкую линию, а на лице ходили желваки от напряжения.