Книга Принцесса Ардена, страница 199 – Софи Анри

Райнер поджал губы в подобии улыбки.

— Уверен, она будет рада.

* * *

Когда Райнер вернулся в покои, Кея сидела на их постели и пила мятный чай. Выглядела она получше, но по-прежнему оставалась бледной.

— Кея, как ты? – с волнением спросил он, опускаясь на кровать рядом с ней.

— Мне лучше, спасибо. – Он старательно избегала его взгляда, и это насторожило Райнера.

— Может, стоит позвать лекаря? Хиран всего лишь алхимик, возможно, тебе нужна помощь более сведущего человека.

— Алхимики Ордена Теней – лучшие лекари на Востоке, поверь мне, – слабо улыбнувшись, ответила Кея. – К тому же лекари не помогут.

Не успел Райнер избавиться от пут старых тревог по поводу смерти Алисы, как его сковали новые.

— Что значит «лекари не помогут»? – охрипшим голосом спросил он, обхватив ладонями ее лицо. – Кея, ты чем-то больна? Прошу, не скрывай ничего от меня.

Его сковал парализующий страх. Они ведь только-только наладили отношения. Если с ней что-то случится, он не переживет. Сломается окончательно.

Кея подняла на него полные слез глаза, и от ее беспомощного взгляда его сердце налилось свинцом.

— Райнер, я беременна.

Слова, произнесенные неразборчивым шепотом, ошеломили его, и он на несколько мгновений утратил дар речи. Сердце громыхало так, что заложило уши.

«Райнер, я беременна».

Почти два месяца назад он услышал это от другой и был ввергнут в пучину отчаяния, тревог и непомерной вины. Но сейчас те же самые слова, подобно светлячкам, озарили его душу и впустили мысли об их с Кеей будущем. Он живо смог представить ее округлившийся живот, и ему до жжения захотелось потрогать его.

Райнер вдруг почувствовал себя дураком. Постоянные жалобы на плохое самочувствие, повышенная эмоциональность, тошнота, бледность – все в Кее кричало о ее положении, а он так глубоко погрузился в переживания, что даже ничего не замечал.

— Почему не рассказала мне раньше? – спросил он, наконец справившись с волнением.

— Боялась, – робко призналась Кея, и ее губы задрожали.

— Чего?

— Я узнала о беременности за несколько дней до смерти Алисы. – Чашка в ее руках затряслась, и Райнер, забрав ее и отставив на тумбочку, усадил Кею к себе на колени. – Сначала я молчала из упрямства. Мне претила сама мысль, что я буду ходить беременная одновременно с твоей любовницей. А еще боялась, что ты будешь сравнивать нас.

Райнера вновь затопило чувство вины.

Он осторожно положил ладонь на ее плоский живот, и Кея прерывисто вздохнула от его прикосновения.

— Потом, когда Алиса якобы умерла, я боялась… – Она всхлипнула, и по ее щекам хлынули новые слезы. – Я боялась, что ты будешь думать, будто это я должна была потерять ребенка, а не она.

Сердце Райнера разбилось на тысячи осколков. Кея задрожала всем телом и расплакалась жалобно и горько.

— Глупенькая. – Он притянул ее ближе к себе. – До чего же ты глупая, моя весенняя девочка. Моя любимая, моя родная, моя драгоценная.

Каждое слово он сопровождал ласковыми поцелуями. Он готов был досуха испить ее соленые слезы и забрать себе всю ее боль. Она же прижималась к нему с беззащитной доверчивостью. Его колючая ядовитая Кея обнажила перед ним сердце и душу, вместе со своей любовью, такой неидеальной и покалеченной, но чистой и искренней, преподнесла ему самый великий дар.