Книга Некромант на выселках, страница 70 – Рокси Торн

— Пф-р-р, — непонимающе выдала лошадь, обдав меня тёплым дыханием.

— Ну прости, сейчас нет ничего, — медленно подняла я руки и повернула пустыми ладонями кверху.

Руки тут же были досконально исследованы бархатистыми губами, и даже рукава мне Крапива сдвинула по самые локти. И так она на меня укоризненно глянула, что мне совестно стало. Вот знала же, что верхом передвигаться придётся, о себе побеспокоилась, а о подношении не подумала.

Лошадка как-то расстроенно пожевала удила и тихонько всхрапнув напоследок, отвернула от меня морду.

Нет уж, так дело не пойдёт! На кухне этих яблок целый ящик, ещё и сортов разных.

— Кай! — позвала я некроманта, медленно отступив от кобылы, пока он возился с подпругами. — Я на кухню и обратно. Я быстро!

И почти уже сорвалась с места, как рядом возникла обеспокоенная Руни:

— Стася⁈

— Да нормально всё, я за яблоками и обратно, — отмахнулась я и повернулась к громаде замка, едва видневшегося в темноте.

— Тоже мне беда, — усмехнулась меховушка, и мне в руки посыпались яблоки.

Много, разных, с высоты. Ещё и по темечку прилетело. Спасибо, что не с размаха.

— Вот ты… исполнительная какая, — процедила я, потирая голову, когда яблокопад закончился.

Была у неё такая черта. Вроде и не пакостила серьёзно, но временами могла отчебучить что-то такое на уровне дошколят. Ну не поверю я, что она не догадалась, что яблоки необходимо в какую-то тару сложить и переносить уже вместе с посудиной. Напитки-то она таким макаром не переносила, про графин никогда не забывала.

— Всё для тебя, демон Стася, — радостно закружилась в воздухе Руни, и я только рукой махнула на это безобразие.

Ну надо ей временами суть свою проявить, да и ладно. С меня, в конце концов, не убудет. А так начнёшь её в рамки загонять, а потом, как рванёт в самый неподходящий момент.

И пока я собирала с земли самые целые фрукты, выяснилось, что слово «яблоки» знала не только Крапива. В общем, пришлось делиться, пока кони не устроили мужчинам бунт. Это для меня лошадку снарядил Глейн, а вот своих скакунов им ещё предстояло приготовить до конца. И делать это, когда лошади не пытаются сбежать, оказалось гораздо удобнее.

Вообще, глядя на то, как привычными движениями, мужчины затягивают широкие ремни доспехов, и как флегматично на эти действия реагируют сами лошади, закрадывалась мысль, что кони тут далеко не просто транспорт. Да и вес животных начинал приобретать другой смысл. Одно дело, когда в толпу нежити влетит стройный скакун, а другое, если по скелетам потопчутся эти массивные создания.

Правда, сколько ни наблюдала с башни за стычками на границе, ни разу не видела всадников. Но мало ли по какой причине. Может, там дороги неудобные, или скотинку берегут. Понятно, что порода у лошадок непростая. И доспехи терпят, и скелетов не боятся. Во всяком случае в качестве рабочей силы в конюшне был именно скелет. Он и навоз убирал, и воду таскал, и кормушки наполнял. А они на него реагировали не больше, чем на мебель.

Вот тоже строчка в список найма — конюх. Ну нельзя животных бросать на нежить. Нет, к ним приходит каждый день солдат из гарнизона, и сами некроманты сюда заглядывают. Но они же живые, им общение требуется. А человек и яблочком угостит, и гриву расчешет.

— Крапива, а Крапива. А хочешь, я тебе косы заплету? У меня и ленты есть, целая шкатулка, — опять начала я дружескую осаду кобылки.