Книга Слепая истинность. Невозможно простить, страница 14 – Кристина Юраш

Старик опустил глаза. Я видела, как сжалась его челюсть, словно ему больно. Так же больно, как и мне.

— Я не могу ослушаться приказа госпожи, — тихо и виновато произнес он. — Простите, миледи…

Дворецкий вышел.

Я осталась сидеть в кресле, сжимая в руках остывшую чашку. Тепло ушло. Остался только горечь на языке и понимание: ада не существует где-то там. Ад — это когда ты стучишься в дверь дома, а тебе говорят, что ты должна вернуться в клетку, потому что репутация важнее всего.

— Не переживай. Он тебя не убьет. Ему нужен наследник, так что сомневаюсь, что он причинит тебе зло, — голос мамы дрогнул, словно внутри нее боролась женщина и леди. Или словно она пыталась утешить себя этой мыслью.

— А если убьет? — прошептала я, сжимаясь в кресле.

— Не убьет, — усмехнулась мама. — Этот человек спас твою честь, когда все женихи отвернулись от нашего дома. Поэтому он тебя не станет убивать.

Она наклонилась ближе, и её голос стал ледяным:

— Если бы я знала, что это он, тот таинственный похититель,.. я бы сама тебя ему отвезла. Ты понимаешь? Я бы своими руками упаковала тебя в карету и отвезла к его дверям.

— Что? — прошептала я, в ужасе от ее слов. Мне показалось, что это сон. Что я сплю. Такое не может быть в реальности.

— Ничего, — усмехнулась мама. — Знаешь, сколько семей хотело бы пристроить ему своих дочерей? Стать женой такого могущественного и влиятельного человека — это несказанная удача! И он выбрал тебя! Из кучи красавиц его выбор пал на тебя! Хотя там было полно девиц посимпатичней и более магически одаренных, чем ты. О такой партии я и мечтать не смела!

Мир вокруг меня рухнул.

— Посмотри на наш дом! Фасад уже потрескался и осыпался… На втором этаже течет крыша. Три комнаты пришлось закрыть… Ты хоть понимаешь, сколько стоит содержание поместья? А слуг? Я и так сократила штат до позорного минимума! Кому скажи, что у нас всего две горничные, — засмеют! — выдохнула мама мне на ухо. — Поэтому будь так любезна. Сделай милость, сделай то, ради чего в тебя вложили столько денег! Стань женой богатейшего человека в Империи!

Последняя опора превратилась в пыль.

Я попыталась рвануться к двери, но тело предательски не слушалось.

— Альберт! Годрик! Удержите ее! — приказала мама, обращаясь к тишине коридора.

Двое лакеев, возникших из тени коридора словно стражи, перехватили меня. Грубые ладони впились в плечи, продавливая ткань едва высохшей рубахи до боли. Меня не просто держали — меня пригвоздили к креслу, как бабочку к пробковой доске.

— Отпустите! — мой голос сорвался на визг. — Мама, не смей!

Мать даже не обернулась.

Она стояла спиной ко мне, глядя на огонь, который уже начинал угасать, превращаясь в кучку серого пепла. Её пальцы нервно теребили кружево манжеты. Я заметила эту дрожь. Мелкую, почти незаметную вибрацию в руке, которая только что отправила меня обратно в ад.

— Ты забыла всё, чему я тебя учила. Ты ведь знаешь, что отличает настоящую леди от обычной девки? — произнесла она тихо, словно оправдываясь не передо мной, а перед своим отражением в темном стекле окна.

Она медленно повернулась. Лицо было бесстрастным, но глаза блестели лихорадочно.

— Леди умеют терпеть любые неудобства с милой улыбкой, — она сделала шаг ко мне, и лакеи усилили хватку, заставляя меня сидеть прямо. — А также у леди должна быть хорошая память на приглашения и людей. И плохая память на проступки мужа.