Книга Путеводитель по чужим небесам, страница 49 – Вероника Воронина

Однако сейчас это было не самым важным.

Если аналогичное предложение уже существовало, значит, оставался только один выход — сделать своё лучше. Быстрее. Точнее. Выиграть не за счёт обстоятельств, а вопреки им.

Мысли складывались в цепочку гипотез одна за другой: переупаковка маршрута, смещение акцентов, работа с рисками как с преимуществом. В этом ещё можно было найти точку опоры.

Наверное.

В приёмной оказалось пусто. Секретарши не было на месте, а дверь в кабинет была приоткрыта.

И тишина.

Странная, плотная, почти осязаемая.

Она должна была меня насторожить, но я уже не остановилась.

Я вошла — слишком быстро, слишком уверенно — прошла вперёд и, даже не поднимая взгляда, начала раскладывать на столе принесённые листы, одновременно проговаривая вслух то, что только что складывала в голове:

— Я не представляю, как это произошло, но у меня есть несколько вариантов, как мы можем изменить предложение и—

— Хватит.

Голос прозвучал резко, и я оборвалась на полуслове. Только теперь я подняла взгляд. Кайто стоял напротив, и в его неподвижности было что-то, что заставило меня мгновенно замолчать окончательно. Без лишних слов он протянул мне несколько листов.

Я потянулась за ними почти автоматически, с неожиданным облегчением. Возможно, он уже что-то наметил — правки, альтернативное решение, свой вариант. Я уже видела, как он работает: он действительно быстро схватывал суть и умел действовать без лишних обсуждений.

На секунду мне даже показалось, что ситуация ещё поддаётся контролю. Я опустила взгляд, и почти сразу поняла, что ошиблась. Это было не предложение, не правки, и не рабочие материалы.

Передо мной лежало аккуратно оформленное заявление по собственному желанию — с моими данными, выверенное, завершённое, будто его подготовили заранее. Не хватало только одной детали — моей подписи.

Я смотрела на текст дольше, чем следовало, словно надеясь, что он изменится, если просто дать себе время. Но слова оставались на месте, холодные и окончательные в своей ясности.

Осознание пришло не сразу — сначала медленно, а потом вдруг резко, почти болезненно. Пальцы разжались сами собой, листы выскользнули из рук и тихо упали на стол. И вместе с этим звуком внутри меня стало пусто. Я подняла глаза.

На мгновение мне отчаянно захотелось за что-то зацепиться — за тень сомнения, за раздражение, за хоть какую-то живую эмоцию, которая могла бы объяснить происходящее, вернуть его в рамки обычного, человеческого разговора.

Я попыталась найти это в его взгляде, Но там был только холод.

Не вспышка гнева, не раздражение — именно холод. Ровный, выверенный, как стекло, за которым уже ничего не происходит.

От этого стало хуже.

— Что?.. — мой голос прозвучал тише, чем я ожидала, словно я говорила не здесь, а где-то на расстоянии. — Почему?.. Я не понимаю…

— Хватит, — повторил Кайто.

Тот же тон. Без колебаний. Без попытки объяснить.

Он смотрел на меня так, будто решение уже принято, подписано и убрано в архив.

— Я видел вас на выходных, госпожа Орлова.

Слова легли между нами тяжело, как что-то окончательное.

— Вы сидели с сотрудником нашей конкурирующей компании. И, насколько я мог судить, вели весьма… непринуждённую беседу.

На секунду мне показалось, что я просто не расслышала. Что он говорит не обо мне.