Книга Путеводитель по чужим небесам, страница 101 – Вероника Воронина

Кухонный стол.

Диван в гостиной.

Просторная ванная, наполненная паром и мягким светом.

И, наконец, эта кровать, в которой я сейчас лежала, всё ещё чувствуя остатки тепла.

Я медленно прикрыла глаза и уткнулась лицом в подушку, пытаясь спрятаться от накатившего смущения. Но вместе с ним было и другое чувство — тёплое, тихое, почти опасное в своей искренности.

Собравшись с силами, я всё же поднялась и привела себя в порядок, стараясь вернуть привычное самообладание. Но стоило выйти в коридор, как меня тут же накрыло новым ощущением.

Запах.

Свежесваренный кофе, насыщенный, чуть горьковатый, и что-то ещё — тёплое, домашнее, обещающее уют и спокойствие.

Я невольно улыбнулась и пошла на этот запах, словно он сам вёл меня вперёд.

И, дойдя до кухни, остановилась.

Картина, открывшаяся передо мной, была настолько неожиданной и трогательной, что я замерла, боясь даже пошевелиться, чтобы не разрушить этот момент.

Кику сидела на высоком стуле, поджав под себя ноги, и тихо хихикала, наблюдая за происходящим. Её глаза светились живым интересом, а в движениях чувствовалась лёгкость, которая ещё вчера казалась недостижимой.

А Кайто… стоял у плиты с лопаткой в руке. Чуть покачиваясь в такт едва слышной мелодии, которую он, кажется, напевал себе под нос. Его движения были расслабленными, почти ленивыми, и в этом простом, бытовом действии было столько уюта, что у меня невольно перехватило дыхание.

Это был не тот Кайто, которого я знала в офисе. Не строгий, собранный, сдержанный. А живой, домашний, настоящий.

Кику заметила меня первой.

— Доброе утро! — радостно воскликнула она и, неуклюже сползая со своего высокого стула, поспешила ко мне.

Я даже не успела ничего сказать, как она уже оказалась рядом и крепко меня обняла. Это было так неожиданно и искренне, что я на мгновение растерялась, а потом осторожно ответила на объятие, чувствуя, как внутри что-то мягко распускается.

— Доброе утро, — тихо сказала я, улыбаясь.

Кайто обернулся, и на секунду замер.

Его взгляд скользнул по нам — по Кику, прижавшейся ко мне, по моим рукам, обнимающим её, — и в этом взгляде мелькнуло что-то сложное, глубокое. Удивление, тепло… и ещё что-то, что отозвалось во мне лёгким, почти болезненным трепетом.

Но уже в следующую секунду он мягко улыбнулся, возвращая привычную уверенность.

— Доброе утро, — сказал он. — Садитесь за стол. Завтрак готов.

Утро продолжилось спокойно и почти буднично. Мы проверили расписание лекарств, и Кику, хоть и морщилась, мужественно справилась со всеми процедурами, вызывая у меня искреннее восхищение. За это она получила заслуженную похвалу, и её глаза тут же засияли гордостью.

Завтрак прошёл легко и весело. Мы смеялись, перебрасывались короткими фразами, и в какой-то момент я поймала себя на том, что перестала чувствовать неловкость. Всё происходило так естественно, будто я уже была частью этого дома.

После завтрака мы перебрались в гостиную, и Кику, не скрывая восторга, объявила:

— Мультики!

Я улыбнулась, но даже не представляла, что меня ждёт.

Стоило включить систему, как комната начала меняться. Свет плавно погас, шторы мягко сомкнулись, отрезая нас от внешнего мира, и пространство словно вздохнуло — глубоко, почти ощутимо. Проектор вспыхнул, и в следующий момент стены исчезли. Не буквально, конечно, но ощущение было именно таким.