Книга Доктор в теле гнусной графини: и тебя вылечим..., страница 76 – Анна Кривенко

Убедившись, что у больных всё в порядке, я свернула в соседнюю комнату, где после операции лежал мальчишка без ноги. Когда я зашла, он не спал. Уже очнулся. Глядя вокруг расфокусированным взглядом, немного кривился от боли.

Я сама подала ему обезболивающее лекарство, приподняла голову, заставила выпить всё до капли. Голова откинулась на подушку, и парень закрыл глаза.

На вид я дала бы ему лет девятнадцать-двадцать. Худющий — страшно смотреть.

— Как тебя зовут? — поинтересовалась я, чувствуя, что пришло время познакомиться. Мне хотелось поучаствовать в его судьбе посерьёзнее.

— Аркадий, — произнёс он приглушённо. — Но все называют меня Кеша.

— Очень приятно познакомиться, Кеша. Меня зовут Елена Николаевна.

— Я это уже понял, — произнёс он.

Апатичный вид говорил о том, что жизнь ему не мила. Мне не хотелось давать ложных надежд, но и промолчать я тоже не смогла.

— Знаешь… я верю, что всё будет хорошо. Мы обязательно сделаем для тебя протез. Деревянный, похожий на настоящую ногу. Ты научишься на нём передвигаться…

Но парень никак не отреагировал. Похоже, он не верил ни единому моему слову.

— Ладно, отдыхай.

Я вышла и прикрыла за собой дверь. Понимала, что ему нужно это пережить самому. Внутри себя. Сама же приняла решение: обязательно заберу его с собой. В своё поместье. Не могу оставить человека в таком состоянии. К тому же Николай Николаевич нашептал, что он сирота.

Незаметно пролетели оставшиеся два дня. Мои больные удивительным образом шли на поправку. На них земные лекарства воздействовали удивительно благотворно. Лучше, чем действовали на Земле. Наверное, местные бактерии и прочие зловредные микроорганизмы ещё не выработали ни малейшего иммунитета к подобным лекарствам. И косило их знатно.

В итоге, к концу седьмого дня я получила румяные лица, светлые взгляды и надежду, сияющую в них.

* * *

На восьмой день прибыла делегация лекарей, приехавших проверить результаты моего вызова, и любопытствующих оказалось в два раза больше, чем в прошлый раз. Во главе шёл тот самый, которого я прозвала «высокомерным» — Евгений Петрович. Увидев меня, он гаденько улыбнулся.

— Ну что ж, Елена Николаевна, мы готовы посмотреть на результаты вашего труда. Надеюсь, вы хорошо кушали?

Остальные заулыбались, будто он сказал что-то смешное.

Я посмеялась внутри себя.

— Конечно. Благодаря вашим «великим жертвам» питалась просто замечательно! — надеюсь они услышали в моем голосе сарказм.

Николай Николаевич, встречавший лекарей вместе со мной, выглядел бесстрастным. Хотя я уже прекрасно знала, как он их презирает. Честно говоря, я презирала не меньше. Сколько же в этих людях гордыни, зависти, самомнения! И это — лекари? Как люди с такими принципами вообще могут приносить пользу обществу?

Я решила не затягивать и повела их прямиком к своим палатам. Мои больные занимали три комнаты. В первую набилось столько народу, что стало трудно дышать. Пришедшие хмуро взирали на моих пациентов.

Первая реакция последовала быстро: удивление. Во-первых, благодаря старанию Варечки постельное бельё было чистым и тщательно выстиранным — медаль ей дам, честное слово. Во-вторых, помещение приятно пахло, было проветрено, а потёртые деревянные полы — вымыты. И главное — у всех больных были осмысленные взгляды. Исчезла угрюмость и следы предсмертных мук.