Книга Шепот багряной луны, страница 39 – Мия Флор

— Ммм… Мне нравится. Ты уже поняла, кто здесь хозяин, так ведь?

Я чувствую подступающие слёзы и впиваюсь ногтями в кожу Риччи-монстра. Уверена, что расцарапала его до крови.

Но этот ублюдок лишь издает утробный рык в ответ и ускоряет ритм — пока меня не прошибает безумной вспышкой.

Не знаю почему, но я тянусь к губам Карраса, жадно срываю поцелуй, будто умоляя о нежности. Зачем я это делаю?

Он заставляет меня сгореть.

Он заставляет меня желать, чтобы весь этот мир исчез.

Каррас удерживает поцелуй до тех пор, пока рассудок ко мне не возвращается, и я не отстраняюсь сама.

Только тогда он вытаскивает из меня пальцы, вдыхает мой запах с довольной улыбкой на лице и кладёт их себе в рот. Облизывает.

Я чувствую полное бессилие. Он будто высосал из меня все силы. Поглотил.

— Риччи сказал, что тебе понравится, — кидает Каррас, заставляя разогнавшуюся кровь в венах заледенеть. — Он оказался прав.

Пока я сижу на столешнице в распоротом платье и восстанавливаю дыхание после оргазма, Каррас отступает, рассматривая меня так, будто я — произведение искусства.

Его произведение.

Сердце бешено колотится, словно я только что сошла с самого опасного аттракциона в мире, а тело подрагивает от сумасшедшей разрядки, которую я себе даже в мыслях до этого не могла представить.

Ему сказал Риччи…

Это так унизительно. Они разговаривают друг с другом обо мне.

Я слезаю со стола, дрожащими ногами нащупывая пол.

Что это сейчас было? Я не могу прийти в себя.

Каррас скашивает голову и почти облизывается на мой растрёпанный вид, однако не приближается. Наоборот — отходит всё дальше. Он что, хочет, чтобы я сама побежала за ним, как за хозяином?

Поднимаю нож. Беру его в руки и направляю в сторону Карраса.

Ну и дура же я… Что я вообще делаю? Поздно защищаться, когда он тебя только что поимел пальцами и уже отдаляется прочь.

Я просто схожу с ума.

Усмешка Карраса злит настолько, что я в гневе метаю в него нож. Конечно, не попадаю. Когда лезвие вонзается в стену, где секунду назад была его голова, — Риччи-монстр уже стоит в прихожей. По довольному выражению лица ясно: моё метание ножей его даже забавляет.

Он уничтожает меня. Морально. Он слушает Риччи!

Я собираю себя по частичкам, прикрываю грудь лоскутами платья и выхожу в прихожую вслед за ним.

Самое ужасное — то, что сейчас я чувствую жуткую потребность в объятиях, поцелуях, ласках… Но Каррас, по всей видимости, не собирается мне это давать. Он дразнит и заставляет себя желать. Привязывает, как пса, которому за каждое правильное действие дают что-то сладкое.

Это невыносимо.

Невыносимо и немыслимо — что я сама хочу его прикосновений. Таких опасных и запретных. Даже если он делает это с подачи Риччи.

Каррас сводит меня с ума и заставляет себя за это ненавидеть.

Входная дверь резко распахивается настежь. Муж уже стоит на пороге, отдаляясь, будто я внезапно стала разносчицей чумы. Он поворачивается ко мне и зловеще улыбается, а затем… затем тело Риччи окутывает тень, он становится монстром и исчезает в ночи.

Сердце ёкает. Я не знаю, куда именно он направляется, но в одном уверена — он вышел на охоту.

Он оставил меня одну. Не знаю, наказание ли это или подарок.

На дрожащих ногах и в разодранной одежде я забираюсь в ванну и включаю горячую воду. Когда ванна набирается до краёв, а тело немного расслабляется, я начинаю ощущать некое подобие безопасности. Это иллюзия, но сейчас она мне необходима.