Книга Хозяйка приюта для беглых невест, страница 16 – Наталья Нежданова

Нянюшка, как всегда, помогает мне одеться и я выхожу в гостиную. Почтительно приветствую гостя и занимаю положенное место рядом с мачехой.

Дамиор подходит ко мне. Я должна протянуть ему руку для поцелуя. Так положено по этикету.

Я медлю, но в конце концов исполняю требуемое. Решаю, что скандал мне ни к чему.

Дамиор касается моих пальцев жёсткими губами и задерживает мою руку в своей. Я кожей чувствую его испытующий взгляд, но упорно не поднимаю глаз. Разочарованный жених роняет мою руку.

Неприятный он всё-таки. Вроде и красив — высокий, не хилый, и черты лица правильные. Вот только взгляд нехороший. Смотрит на меня, как будто я — его добыча. Да нет, скорее собственность.

Сердце едва не останавливается, когда я слышу его слова о намерении ускорить нашу свадьбу. Только не это! Я замечаю, что у меня дрожат колени.

Однако отец безапелляционно ставит его перед фактом, что свадьба состоится лишь на следующий год. Лицо жениха недовольно кривится.

— Впрочем, брачный контракт мы можем составить прямо сейчас! — произносит отец. — Со мной прибыл поверенный, который может заверить его и внести в реестр.

К сожалению, я не имею ни малейшего понятия, какие юридические последствия это для меня несёт. Информации по здешнему семейному праву я так и не нашла.

Сижу ни жива, ни мертва, пока чопорный поверенный составляет проклятый документ. Наконец, мой отец и жених подписывают его.

— Это стоит отметить! — произносит мой отец и приглашает пройти в столовую.

Я не чувствую вкуса еды. Да что там, мне кусок в горло не лезет. Потому что напротив меня сидит мой жених и внимательно смотрит, как я ем.

Как будто прикидывает, не объем ли я его после свадьбы! — невольно думаю я. Из головы не идёт тот самый разговор, почерпнутый из памяти Доры: про мою девственность и покорность.

Я точно не буду с ним счастлива! — думаю я. И вовсе не потому, что он старше меня на двадцать с лишним лет. Я понимаю, что буду лишь пылью под его ногами.

Мой отец назвал это «кухаркиными баснями». Но я уже убедилась, что слуги знают гораздо больше, чем полагают из господа. От глаз тех, кто убирает комнаты, заботится об одежде и прислуживает за столом вряд ли чего-то скроешь.

В отличие от меня прежняя Дора очень любила слушать разговоры прислуги. Специально сидела с рукоделием на балкончике, под которым обычно собираются для болтовни кухарки и горничные. Поэтому ей было известно многое из того, что абсолютно не приличествует знать благородной девице.

Сопоставив её воспоминания со своим жизненным опытом, я понимаю, что этот Дамиор — самый настоящий психопат. Недаром слуги искренне недоумевали по поводу того, что он не гнушается сам лично наказывать провинившихся, причём делает это с крайней жестокостью.

И на законы здешние ему откровенно плевать. Я ведь читала, что благородный господин может быть привлечён к ответственности за чрезмерное насилие над подвластными ему крестьянами и слугами. Особенно, если дело дойдёт до смертельного исхода. Вот только господин дин Пиор во всех подобных случаях умудрялся выходить сухим из воды.

В общем, не получается у меня смотреть в будущее с оптимизмом. Я не питаю иллюзий: таких, как он — перевоспитать невозможно.

Вся моя надежда — на пансион. Может, там у меня получится хорошенько подковаться в здешних законах и найти какой-нибудь выход? Или обрести подруг, которые помогут и поддержат? С нетерпением считаю оставшиеся до отъезда дни.