Книга Побег в сказку и свекровь в придачу, страница 36 – Елена Ха

— А как я должен к ней обращаться? — хмуро спросил мужчина, — Она моя мать. И я знаю, что она меня любит. Но я не уверена, что она хочет добра моей дочери…

Последнее прозвучало как признание, очень сложное и горькое.

— Не сомневайся. Она очень испугалась за внучку и даже хотела ее к себе забрать. Но я решила, раз ты Аню с ней не оставил, то и не мне отдавать. Вот и не отдала… Извини, если что… — смутилась Ксюша.

Все-таки она-то совсем чужой человек, а получается, родной бабушке малышку не оставила. Но Трофим неожиданно тепло улыбнулся и почти прошептал:

— Тебе не за что извиняться. Ты дочь мою спасла. Я теперь в неоплатном долгу перед тобой. И с матерью ты все правильно сделала…

Воевода замолчал, глубоко погрузившись в свои мысли, а Ксюшу мучило любопытство, и она не выдержала, спросила:

— А что у тебя случилось? Почему ты так поздно?

Трофим сделал еще пару глотков чая, внимательно рассматривая Ксюшу, будто раздумывал, стоит ли тратить время и силы на разговор с этой девчонкой, но все-таки ответил обстоятельно:

— Когда я вез преступника в столицу, он поначалу валялся связанный в телеге, а слуга из дома старосты правил лошадью, я ехал верхом. Но нам путь преградило поваленное дерево, я решил отпустить слугу с телегой. Перекинул разбойника через седло, так бы и быстрее домчали до города, но тут к нам вышли трое мужиков с замотанными лицами. Они объявили мне, что похитили мою дочь. И если я сейчас же не отдам им их товарища, Ане не жить. Признаюсь, я был потрясен, но сказал, что не верю им. Выхватил меч и хотел их порубить, но они ускакали, крикнув на прощание, что я пожалею. Пока ехал до столицы, пока там объяснял что к чему, все время думал об Ане. Если бы с ней что-то случилось, я сам, лично, переловил бы этих мерзавцев как блох. Они бы пожалели, что дожили до этого момента.

Кулаки воеводы сжались, желваки заходили ходуном на мужественном лице. А Ксюша вскочила и заходила туда-сюда вдоль стола:

— То есть ты рисковал жизнью дочери? Вместо того, чтобы отпустить мелкую сошку, ты еще и атаковал их. Что у тебя вместо сердца, Трофим? — возмутилась попаданка.

Воевода тоже вскочил, в два шага оказался рядом и навис над хрупкой девушкой грозовой тучей:

— В их банде всего человек десять, не больше. Каждый разбойник — важная боевая единица. Теперь им придется искать новых подельников, а значит, у нас будет шанс их поймать. Обеспечить безопасность села — мой долг. Но у меня есть сердце, и оно молчало. Случись что с дочерью, уверен, я бы почувствовал.

— Ага, как же! — огрызнулась Ксюша, разве чурбан бесчувственный может что-то почувствовать.

Попаданка попыталась опустить глаза, но Трофим схватил ее за подбородок, вынуждая поднять лицо, и неожиданно наклонился, пытаясь поцеловать. Ошарашенная Ксюша успела отвернуться. Горячие губы воеводы скользнули по щеке, заставляя ее вспыхнуть.

— Ты что творишь? — возмутилась взволнованная девушка, отступая от мужчины на шаг.

— А что? Разве не ты бегала за мной все это время? И вот я делаю шаг навстречу. Чем ты недовольна? — вкрадчиво спросил мужчина, сощурив свои пронзительные серые глаза.

— У меня уже все перегорело! И мать твоя ведьма покоя нам не даст… — выпалила Ксюша и трусливо сбежала на кухню, а потом и в свой чулан забилась. Она решила, что воевода уже большой и сам найдет выход из трактира. А ей просто необходимо разобраться с расшалившимся сердцем…