Онлайн книга «Побег в сказку и свекровь в придачу»
|
Ксюше было приятно и от похвалы хозяйки, и от зрелища, как вытягивается лицо сестры и недовольно кривятся губы. Попаданка решила сменить тему: — А ты не знаешь, Настенька, мельник сына-то своего нашел? — Да… Он у нас ночевал, — краснея, но скорее от удовольствия, чем от смущения, призналась Настя. Данила присвистнул. — Неожиданно… — высказалась Ксюша. — Он пришел поздно, едва на ногах держался. Вот матушка и положила его спать в сенях на лавочку. — Значит, мельник забрал своего сына от вас… — усмехнулась Ксюша. Она решила, что, если у Насти получится завлечь в свои сети Фому, у нее возражений не найдется. Вся посуда была перемыта. Пелагея это быстро просекла и скомандовала: — Хватит лясы точить. Иди в зал, прибери там, заодно купцам курник и еще хмеля отнеси. А тебе, девочка, пора домой. Уже поздно, не случилось бы с тобой беды… Настя бросила сердитый взгляд на Пелагею и скромно поинтересовалась: — Ксюша, а ты что-то про деньги говорила?.. Попаданка осмотрела сестру и решила, что доверия ей нет, и ответила: — В конце недели загляну к вам и принесу, как получу первый расчет. Настя снова незаметно сжала кулаки, но, попрощавшись, убежала. Пелагея с Данилой посмотрела на Ксюшу задумчиво, и хозяйка философски заметила: — Семейные отношения — дело тонкое… Ксюша пропустила их замечание мимо ушей. Ей было не до раздумий. Нужно было отнести еду, принести грязные тарелки да кружки, да еще проведать раненого ушкуйника, проверить как он. Ведьма ей никаких указаний не оставила, но Ксюша имела представление о ссадинах и порезах, двоих детей воспитала. Так что она знала, что раны нужно проверять, менять повязки. И температура может подняться, если что-то пошло не так… Одним словом, нужно навестить. Постепенно гости разошлись по комнатам, хозяева, сделав заготовки на завтра, тоже отправились спать, но перед уходом Пелагея положила рядом с Ксюшей один рубль и проворчала: — Прибери здесь все и поаккуратнее. Если ты думаешь, что я не заметила пропажи, ты ошибаешься. За мою любимую кружку должна мне будешь! Ксюша вины отрицать не стала, покивала. Стоило супругам уйти, она тихонько позвала домового: — Тимка… Тут же рядом с лоханью появился бородатый мужичок. Рукава его рубахи уже были закатаны, и он с готовностью откликнулся: — Я здесь. К труду готов! — Что бы я без тебя делала? — растроганно проговорила женщина и осторожно, одним пальчиком погладила по седой голове своего помощника. Домовой удивленно глянул на человека и мурлыкнул как настоящий кот. — Не знаю, что бы делала ты, — немного напряженно ответил мужичок, — Но мы с Луковкой тосковали бы без молочка! Ксюша намек поняла. Налила лакомство в блюдечко, а в большую кружку чистой воды и позвала: — Лукерья… Рядом с удивленным Тимкой появилась его жена, похожая на потрепанного воробья. — Доброй ночи, Ксюша! — радостно откликнулась она, — Не ожидала, что ты и меня позовешь. Я ведь криворукая, только испорчу тебе все. — Что ты такое говоришь, Лукерья! — улыбнулась Ксения, — Просто у тебя другие таланты. Пойдем раненого навестим. И я тебя попрошу присмотреть за ним ночью. Если вдруг температура поднимется — позовешь меня, хорошо? Шишимора расплылась в довольной улыбке. — Буду рада помочь. С большой кружкой воды в руках и с Лукерьей на плече, Ксюша поднялась на второй этаж и заглянула к раненому ушкуйнику. Он не спал. В неясном свете полумесяца, скромно заглядывающего в окно, бледное лицо молодого мужчины на фоне русых волос, разметавшихся по подушке, казалось мертвецки белым. Медовые глаза горели лихорадочным блеском. Задумчивый взгляд блуждал по маленькой комнатушке, где, кроме окна и кровати с табуретом, ничего и не было. Увидев красивую девушку, он тут же прикрыл рану одеялом и игриво улыбнулся: |