Книга В плену врага. Пока бушует метель, страница 15 – Сашетта Котляр

Об этом не стоило и думать, поэтому Ивар вслушивался в отрывистое:

— Пятнадцать. Холле и её мертвецы, да что же я такая слабая! Шестнадцать.

Она хрипло ругалась, дрожала, и то и дело касалась мокрого лба, отпуская его только одной рукой, пытаясь убрать мешающую прядь. Но шла. Чтобы, наконец, выдохнуть:

— Двадцать! Доволен?

— Очень. А ты? — хохотнул Ивар, зная, что это её разозлит.

— А мне ещё идти обратно, — заметила ведьма мрачно. Но уголки её губ дрогнули в едва заметной полуулыбке. Первой за все те часы, что он её знал. Ведьма или не ведьма, а в жилах её текла горячая кровь. Она постояла совсем немного, несколько мгновений, и решительно уцепилась за плечи Ивара вновь.

— Ты прав. Это небольшая цель, и если я её ещё уменьшу, то вообще ни на что не сгожусь. Держи меня, пожалуйста. Я предпочла бы стену, но я ничего не вижу.

— Я помню. Ничего страшного, мне не сложно, — успокоил её Ивар. — Не думаешь же ты, что пока бушует вьюга, у меня так уж много занятий? Нас здесь всего двое. И всяко лучше помочь тебе расходиться, чем глядеть в потолок.

— А, так вот ради чего ты меня подобрал, Волк, — фыркнула Анника. — Чтобы не помереть со скуки. Нет, ну тоже цель, ничего не могу сказать… ох! — она споткнулась, и вцепилась в плечо ещё крепче. Сильна дева, даже сейчас. Почему-то это вызывало у Ивара довольную улыбку, хотя от пальцев Ведьмы точно останутся синяки.

Собственные шуточки как будто придали Аннике сил. Она часто задышала, и упорно, шаг за шагом, преодолела расстояние до постели вместе с ним.

— Помоги мне сесть, пожалуйста, — хрипло попросила она, едва не врезавшись в собственную кровать.

— Без проблем, — кивнул Ивар, хотя знал, что она всё равно не увидит. Взял Аннику за обе руки, переложил её ладони себе на плечи, и помог сесть.

Она с облегчением выдохнула:

— Такая ерунда, а столько сил…

— Так всегда бывает, когда проходишь на волосок от смерти, — заметил Ивар. — Неужто впервые тебе довелось?

Анника покачала головой:

— Нет… Не впервые, — он думал, что Северная Ведьма переводит дух, но она видно пыталась изгнать из голоса горечь. Не вышло:

— Но раньше рядом со мной были те, кого я считала семьёй. И глаза тоже были при мне. Это… всё усложняет, — она умолкла, часто задышав.

— Иногда зрение возвращается, — как мог, утешил её Ивар. — Глаз тебе не выкололо, и голова больше не болит, ты сама говорила. Значит, есть шанс, что всё вернётся.

— Шанс, — она горько усмехнулась. — Да, шанс лучше, чем ничего.

Она помолчала, а потом всё-таки спросила:

— Сколько дней мы уже здесь? Как далеко до весны? Расскажи мне, что за окном, пожалуйста.

Ивар пожал плечами — больше для самого себя, чем для Анники. Но всё же ответил:

— Снег и вьюга за окном, морозные узоры, да и только. Я не знаю, сколько дней мы здесь, я не вижу, как день и ночь сменяют друг друга.

— Выходит, в каком-то смысле ты также слеп, как и я, — хохотнула Ведьма.

— Выходит, что так, — согласился Ивар. — Но я знаю, что, когда загорятся огни на Родовом Древе — это будет значить, что год сменился, и это ночь Новогодья. А от ночи Новогодья пойдёт усмирять вьюгу весна, и можно будет выбраться отсюда. Впрочем… рисковые и в Новогодье выбираются. В эту ночь никогда не бывает вьюги здесь, в долине.

— А ты рисковый? — усмехнулась Анника.