Книга Лики миров, страница 172 – Елена Владимировна Добрынина

Лик в этот момент настолько опешил, что вместо резкой отповеди только спросил сдавленно

— Он-то тут каким боком?

— Мир он тут тоже замазан по самое не могу. Нет-нет, не в том смысле, — предупреждая возможное негодование поспешила пояснить я, — он тоже что-то помнит, только не наяву. Он во сне разговаривает, я сама слышала.

Под наливающимся злостью взглядом глаз цвета летней полночи я покраснела до корней волос и поторопилась все объяснить.

— Нет же, Лик, он мне как брат. И он тоже меня не помнит. А я помню и тебя, и его. Ну как же объяснить-то? — в отчаянии я заходила по маленькому помещению туда-сюда.

Если я сейчас про другие миры начну вещать, он точно решит, что я умом тронулась.

— Пожалуйста, давай попробуем. Просто прогуляемся втроем по поверхности, возьмем еще образец-другой для наших исследований. Мира я попрошу, чтобы не слишком отсвечивал, — я сложила руки в умоляющем жесте.

— Разрази меня гром, если я понимаю хоть что-нибудь, — произнес Лик, немного помолчав, — кроме того, что пора с этим всем завязывать! Когда там ваше оборудование отремонтируют?

— К вечеру обещали, — припомнила я.

— Тогда в десять вечера чтоб была как штык со всем необходимым у грузового отсека. «Братца».. — он ядовито выделил голосом это слово, — тоже с собой захвати. Посмотрим, что вы задумали.

И, не дав больше мне ни слова вставить в свое оправдание, Лик быстрым шагом покинул комнатушку.

«Ох, — пронеслось в голове, — остается только надеяться, что эта затея сработает. Иначе он меня к себе больше за километр не подпустит»

— На кой ляд мне туда тащиться? — непонимающе уставился на меня наш космический заяц. — Я, если помнишь, не астрогеолог. И пробурить вам смогу максимум черепную коробку, да и это, строго говоря, не совсем мой профиль.

— Ну пожалуйста, — не отставала я. — Это же целое научное открытие: голубое железо, — вот, смотри, — я почти впихнула в руку упрямца все тот же прохладный кусок иномирного металла, — ничего не напоминает?

— А должно? — Мир небрежно покрутил научную сенсацию в пальцах и вернул ее обратно.

— Ты упоминал о нем, когда говорил во сне, — соврала я. Вообще-то мог и упомянуть, просто я о нем не спрашивала.

— А я во сне песни не пел случайно? — издевательски осведомился блондин. — А то, если тебе верить, я практически не затыкался, вещал как чертов передатчик.

— Ну Ми-и-ир, — тут же сменила я тактику. — В конце концов, когда тебе еще выпадет возможность походить по поверхности таинственного астероида в необитаемой галактике?

— Хм, это да, — пришлось ему признать, — а третьим кто пойдет, ваш вспыльчивый коротышка или ботаник-староста?

— Он геолог, — зачем-то поправила я, — а третьим будет Лик.

Вот на этом месте блондин чуть рот не открыл от удивления.

— А его ты как сюда втянула?

— Ох, долгая история, — попыталась соскочить я.

— А я никуда не тороплюсь, — Мир даже руки на груди сложил.

— Эта штука, — я продемонстрировала кусочек железа, — вызвала у него то, что он сам называет «воспоминаниями, которых не было». Но они были, Мир. Я это помню, и ты помнишь. Во сне.

— Значит, все вернулось, — вот сейчас мой собеседник был до предела серьезен, — А ты не думала, что все эти, как ты говоришь, «воспоминания» — просто чье-то внушение?

Тут уже опешила я. На какую-то ужасную долю секунды я представила, что так и есть: все, что я помню о родной Земле и о Шедаре — игра моего воображения, искусно направляемого современным нейропрограммированием. И меня прошиб холодный пот. В испуге я нащупала через карман жесткий корпус волчка и слегка успокоилась. Хотя… Ведь это тоже можно подделать. А вот реакции тела..