Книга "Сосуд" их силы. Избранная с Земли, страница 53 – Ллина Айс, Ася Рыба

— Эрдан! — воскликнула я, откровенно не понимая, что происходит. Что он делает? Ведь, насколько я понимаю, сейчас укусы не работают. Время, когда сработало бы это, прошло. Последняя инъекция и вовсе была сделана Дирком и могла сработать лишь с ним. Что он творит? И что делать мне?

Эрдан

Сосуд для ильданца — необходимость. Так заведено. К нему не может возникнуть чувств. Он лишь инструмент, который используется для высвобождения энергии. Да, бывали случаи, когда сосуд переходил в другой статус — избранной. Но то было лишь для удобства и нежелания искать ту, кто не только понравится, но и подойдёт.

Когда нам представили Ириану, мы с Арасом никак не отреагировали. Приняли к сведению то, что она по достижении определённого дня станет той, кто примет нашу силу. Да, она всегда была рядом, мы привыкли к её присутствию и частым встречам. Но никаких чувств девушка не вызвала. Негласно мы с Арасом решили, что озаботимся поиском жены отдельно, когда-нибудь потом, когда нам это потребуется. Но Ириана ей точно не станет.

Девушка нам совершенно не нравилась. Была не в нашем вкусе. Вела себя слишком… покорно. С ней было скучно. Всё, на что она годилась быть сосудом. И то… временным.

Не то, чтобы хоть один ильданец рассчитывал найти ту, кого он полюбит. Это слово в принципе не использовалось на Ильдане, потому что никто это чувство не испытывал к своей избраннице. Чаще можно было почувствовать влечение. Этим можно было бы довольствоваться. Что и делали ильданцы. Планировали и мы, но… что-то пошло не так, когда Ириана решила сбежать.

От вечно незаметной, покорной, тихой Ирианы такого никто не ожидал. Не стань ректор скрывать от нас её побег, мы бы отправились за ней и вернули обратно. Потому что она была нам нужна. Но на её счастье, харс Ти Лан удачно нашёл замену ей. Валерию.

Считая, что землянка будет подобна сбежавшему сосуду, мы даже представить не могли, что девушка окажется настолько… притягательной.

Дерзкая, наглая, желанная. О, она вызывала лишь одно чувство — страсть! И если поначалу я ещё мог держаться в стороне и просто соглашаться с предложением Араса дождаться момента передачи энергии, то после того, как Дирк вколол ей антиген, у меня словно мозги отключились напрочь. Будто это Валерия взбрыкнула, запретила себя касаться, вызывая ещё более стойкое желание сделать её своей.

Мне, как тому, на кого эта хрень не подействовала, было сдерживаться вдвойне непросто. Стоило только увидеть Валерию, поймать её гордый взгляд, учуять попытку противостоять нашим желаниям, как хотелось схватить её и впиться в недовольные губы долгим поцелуем. Терзать их до боли, а после спуститься ниже на шею, чтобы закусать её до крови. Оставить столько отметок, сколько это возможно. Сделать своей избранной, чтобы никто больше не смел покуситься на эту упрямую, невыносимую гордячку.

Вызывала ли хоть когда-то такие желания Ириана? Нет. И не могла бы вызвать при всех её стараниях.

Валерия была той, кого хотелось зажать у стены, порвать на ней одежду и взять, сжимая в тесных и крепких объятиях. И чтобы она стонала, кричала от удовольствия, прося не останавливаться. Плавилась в наших руках, отвечала на горячие и долгие поцелуи, теряла голову вместе с нами.

Но я терпел. Ждал, когда эта нахалка прекратит свои игры и, наконец, сдастся нам с братом. Позволит Арасу коснуться себя. И, наконец, станет нашей.