Книга Даруй свободу или Зов драконьей крови, страница 1 – Бай Мурзаева

Первое, что я почувствовала — это грубая тряска, от которой ныло все тело. Каждый толчок колеса о камни отзывался тупой болью в висках. Пахло пылью, потом и чем-то металлическим, сладковатым, как старая кровь. Я лежала на чем-то жестком, прижавшись щекой к шершавым доскам.

Где я? Последнее, что я помнила это свет экрана ноутбука, чашка остывшего кофе и папка с чертежами… Это не похоже на сон.

Резко открыла глаза, и мир проплыл передо мной. Моргнула несколько раз и когда слеза скатилась, я увидела ржавые железные прутья перед моими руками.

Я находилась в клетке, установленной на повозке. Конструкция была грубой, но прочной. Сквозь решетку мелькали стволы незнакомых деревьев и скачущие всадники в темных, практичных доспехах. С суровыми загорелыми лицами, точь-в-точь как разбойники из исторических рассказов. Их тихий незнакомый говор тонул в скрипе и лязге повозки.

— Эй, ты как? — послышался тихий, хриплый от страха голос.

Я повернула голову. В углу клетки сидела девушка, лет двадцати с виду. Грязные темные волосы, огромные синие глаза, полные слез. На ней было такое же серое, рванное местами платье, что и на мне. На шее — тяжелый металлический обруч.

Быстро подняв руки к шее, я ощутила полоску металла, которую до этого не замечала. Отыскав крепление, попыталась подцепить его ногтем, но защелка не поддавалась. Панический спазм сжал горло.

— Где мы? — выдавила я, и собственный голос показался мне чужим, от пробивающихся истерических ноток.

— Не знаю. Я недавно заснула в кровати, а проснулась уже здесь. Тебя как зовут?

Ее тоже похитили?

Имя. Мозг, затуманенный паникой, на секунду застыл.

— Милана, — с заминкой ответила я.

— А я Саша.

За ними с оглушительным лязгом захлопнулись массивные ворота, заставив нас вздрогнуть. Я даже не заметила, как мы приблизились к зданию, пытаясь снять ошейник. Повозка, с грохотом прокатившись еще несколько метров, замерла.

Нас грубо вытащили из клетки и повели по каменным плитам внутрь огромного здания. Оно было мрачным, готическим, больше похожим на крепость. Огромный зал с высоким сводчатым потолком. У меня перехватило дыхание. Мозг отказывался принимать эту чудовищную картину. Этого не может быть.

Ноги стали ватными, и по спине пробежали ледяные мурашки.

Зал был полон клеток.

Но не с животными. В них сидели мужчины. Десятки мужчин. Одни выглядели почти нормально, если не считать пугающей отрешенности в глазах. У других на коже проступали крупные, переливающиеся чешуйки, как у некоторых ящериц. У третьих, руки были деформированы, пальцы увенчаны длинными, острыми как бритва когтями. Они царапали ими прутья, издавая скрежещущий звук. Некоторые рычали, низко, по-звериному.

Воздух гудел от этой какофонии звуков, смешанной с едким запахом лекарств.

Я почувствовала, как Саша вцепилась мне в руку, ее ледяные пальцы дрожали.

По залу прошелся гулкий, мерзкий шепот, словно шипение разбуженного улья. На нас уставились десятки глаз — человеческих, звериных, полубезумных. В них был лишь голодный, болезненный интерес. Меня бросило в дрожь.

Из темного проема в стене бесшумно вышел высокий худой мужчина в черной одежде. Он был лысым, лицо бледное и аскетичное, а глаза… Глаза мертвенно-серого цвета. На тонких пальцах поблескивали серебряные кольца с темными камнями.