Книга Цена (не) её отражения, страница 112 – Тория Кардело

Когда прозвенел звонок, она с облегчением начала собирать вещи. Учебники, тетради, пенал… И тут из сумки выпал шарф — золотистый шёлковый шарф с надписью, пахнущий хозяйственным мылом.

Аля удивленно подняла его. Откуда в ее сумке чужой шарф? Она никогда не носила ничего подобного. Это не ее вещь. Пальцы скользнули по нежной, почти невесомой ткани. И что-то в её прикосновении вызвало странную тоску, смутное беспокойство, словно она забыла что-то важное.

— Девочки, — она неуверенно обернулась к одноклассницам, — чей это шарф? Как он попал в мою сумку?

И вдруг — как удар молнии, как взрыв внутри черепной коробки — воспоминания нахлынули на нее. Полина. Нить. Скорая. Обещания остаться в мире снов навсегда. Кома. Слезы друзей. Речь Марии Сергеевны. Агата. Роман, смотрящий на учительницу с диким напряжением…

Аля содрогнулась всем телом, прижимая шарф к груди. Как они могли забыть? Как она могла забыть? Что происходит?

Или…

Осознание лавиной обрушилось на неё. Она вспомнила слова Агаты: один лоскуток будет бесследно вырезан из мироздания, а на его месте появится похожий, но другой.

Теперь она окончательно поняла.

Значит… Полина не просто погибла, а исчезла, и всё забыли о её существовании.

А в реальный мир на её место пришла обитательница Ткани Снов, с другими воспоминаниями, другой личностью.

И никто не вспомнит красивую, яркую, самоуверенную девочку с белыми волосами и вечной насмешкой в глазах. Кроме Али, у которой остался ключ.

Но всё внутри отчаянно сопротивлялось этой страшной мысли.

— Эй, ты чего? — Катя с подозрением уставилась на нее. — Чужие вещи по карманам таскаешь?

— Да это же шарф Полины! — воскликнула Аля, чувствуя, как к горлу подкатывает паника. — Полины Лунёвой!

Класс застыл. На Алю уставились десятки недоумевающих глаз.

— Какой еще Полины? — нахмурилась Настя. — У нас в классе нет никакой Полины.

— Да ты совсем ку-ку, — хихикнула Даша. — Сначала чужие вещи воруешь, потом каких-то несуществующих людей придумываешь.

Аля оглядывала их в ужасе. Они не помнили. Они действительно не помнили Полину. Как будто ее никогда не существовало.

— Вы что, издеваетесь? — голос Али сорвался на крик. — Полина! Красивая блондинка, встречается с Романом! Она в коме, вы все плакали пятнадцать минут назад!

— Эй, психичка, успокойся, — фыркнул Сережа. — Какая кома? О чем ты вообще?

Аля в отчаянии повернулась к Роману. Он-то должен помнить свою девушку!

Но в глазах Романа не читалось ничего, кроме полной отрешённости от мира, как будто он потерялся среди реальностей и не мог понять, где правда, а где — вымысел. Кажется, Аля и сама становилось такой — от этого было жутко.

— Ты совсем поехала, жирная? — Лиза покрутила у виска. — Вызвать санитаров?

Класс взорвался смехом. Аля ощутила, как краска обжигает щеки, а под кожей разливается знакомое тепло стыда и унижения.

— Боже, она реально двинутая!

— Да просто шарф у кого-то украла, а теперь выкручивается!

Насмешки, издевательские взгляды окружили Алю удушающим коконом. Она сжалась, по щекам потекли горячие слезы. Они не помнили. Никто не помнил Полину. Как будто ее стерли из реальности в тот момент, когда она решила навсегда остаться на Ткани Снов.

— Отдай шарф, совесть имей, — Настя протянула руку, поджав губы. — Это, наверное, Маринин, она такие любит. Вечно свои вещи по всей школе разбрасывает.