Книга Мой родной чужой, страница 5 – Ольга Коротаева, Артелина Грудина

— Это быстро, — пообещал Фил. Усадил меня перед столом и на котором уже были разложены какие-то бумаги. Усевшись рядом, облоктился и белозубо улыбнулся: — Как тебе наше новое предложение?

Я полистала бумаги.

— Ого, — отозвалась уважительно, — это очень интересно, Фил! Ты для этого уезжал в Англию?

— Именно, — кивнул он и пододвинулся вместе со стулом, хотя между нами и так почти не осталось места. — И я хочу предложить тебе принять участие в этом эксперименте.

— Конечно, — улыбнувшись, отодвинулась я. — Я поговорю с девочками. Уверена, им понравится твоя новая программа. А Даша будет в восторге от перспективы прокатиться в каникулы по Англии…

— Нет-нет, — перебил меня Фил и снова пододвинулся. Наклонился так, словно хотел поведать тайну, и проговорил: — Я предлагаю тебе принять участие, Лариса. Ты прекрасно владеешь языком, иди ко мне преподавателем.

Я так изумилась, что даже не стала отодвигаться. Проговорила:

— Но я же мама.

— Ты никогда не была… как это у вас говорят? Клушей! Ты умная женщина, и мне неприятно смотреть, как ты зарываешь свой талант в землю.

— Ничего я не зарываю, — возразила я. — Мы с Женей договорились, что он зарабатывает деньги, а я обеспечиваю ему надежный тыл. Занимаюсь домом и детьми. Знаешь, Женя ценит мой труд и никогда не называет меня клушей.

— Прости, если обидел, — белозубо улыбнулся Фил. — Я хочу лишь, чтобы к твоему личному счастью добавилось и профессиональное. Ты будешь чувствовать себя реализованной, — приблизился так, что я ощутила его дыхание на своем лице, — будешь приносить пользу детям, как всегда мечтала.

Показалось, или он посмотрел на мои губы? Резко поднялась:

— Я и приношу. — Посмотрела сверху вниз и, положив листы программы, добавила: — Своим детям. Спасибо за предложение, я поговорю с девочками.

Пошла к выходу, когда Фил произнес по-английски:

The house does not rest upon the ground, but upon a woman^[1].

Я обернулась, а Фил улыбнулся и пожал плечами:

— Он не рухнет, — произнес он уже по-русски, — если ты немного подумаешь о себе и своих желаниях.

— Я думаю о себе, Фил, спасибо.

— Вот бы и Женя больше думал о тебе, — неожиданно проговорил Фил.

— Что? — вздрогнула я. Почему-то сразу вспомнилось то видео. — Ты о чем?

— О чем? — Фил поднялся и, приблизившись, открыл дверь: — Мне было бы приятно, если бы мой друг по достоинству оценил то сокровище, которое оказалось у него в руках. — Помедлив несколько секунд, рассмеялся: — Позволил бы тебе работать!

— Он и не запрещал, это мое решение, — проворчала я.

Снова скрестила на груди руки и вышла из кабинета Фила. Нервы ни к черту, почему я сразу подумала об измене, когда Фил сказал это? Нет, Женя верен мне. Это точно. Надо забрать девочек и ехать домой. Ужин нужно приготовить до приезда мужа, чтобы Женечка мог расслабиться после тяжелого трудового дня.

Евгений

Заебали! Неужели так сложно не лажать? Уволю к чертовой матери этих придурков!

Я рванул узел галстука и ослабил его. Терпеть не могу эту удавку, но статус и должность обязывают. Как же осточертело быть вечным должником у семьи, друзей, клиентов и даже сотрудников. Я сел за стол и потянулся за вискарем.

— Черт! — Бутылку так и не достал. Вспомнил, что через два часа встреча с важным заказчиком. Выпить не выйдет, но успокоиться надо.