Книга Мой парень - эльф, страница 85 – Ольга Коротаева

Но всё это промелькнуло где-то на периферии сознания, ведь сейчас я шла по залитой солнцем улочке, а те, кто двигался мне навстречу, улыбались и отвешивали низкие поклоны. Каждый проявлял уважение и даже преклонение, ведь я — старший сын Пресветлого Фелриана, месмерит Шандатиль. И даже великий жрец Хардарик прислушивается к моему мнению.

Но не всё это повергло меня в шок. Не то, что я каким-то образом находилась в резервации Рогфетак. Не то, что сейчас в теле самого эльфа и рассматриваю его глазами выращенные на деверьях изящные дома с милыми завитушками крыш и прозрачными, будто крылья фей, окнами. А то, что эльфы передо мной совершенно не такие, к каким я привыкла.

Нет, у них всех тоже по две ноги, две руки, два глаза и даже два остроконечных ушка! Но при этом совершенно невозможно сосредоточиться на прекрасной внешности высших созданий природы, потому что все они полупрозрачные, а внутри тел клубится странная субстанция.

«Эгра!» — испугалась я белесого туманного нечто.

И память эльфа услужливо подсказала мне, что я права. Шандатиль видит мир совершенно по-другому. Месмеритам открывается то, что незаметно обычным людям. Да и эльфам, я полагаю, тоже не всем дано.

В этот миг я искренне посочувствовала своему парню, потому что, в отличие от меня, он не может насладиться красотой лиц, потому что первое, что бросается в глаза месмериту, — суть. Желания существа, его мысли и намерения, страх… Но самое жуткое — это ненависть, злоба и зависть. Все эти эмоции изменяют состояние эгры, придавая белесому туману оттенки…

Порой смотреть на это совершенно не хотелось. Я и не представляла, что эльфы, которые всегда представлялись нам совершенными и прекрасными, могут обладать настолько уродливой сутью. Не все, разумеется. Некоторые были вполне привлекательны, некоторые даже красивы.

Как, например, отец Шандатиля, Пресветлый Фелриан. При виде меня он резво поднялся, без тени высокомерия или надменности сбежал по ступенькам, что вели с высокого трона, и так искренне обнял сына, что у меня запершило в горле, а на глаза навернулись слёзы. Я уже знала, что повелитель эльфов тоже месмерит. Как и то, что Шандатилю придётся когда-нибудь взять ответственность и возглавить свой народ. В груди неприятно кольнуло.

Отец мой, как всегда, оказался прав, а я ошибалась. Батюшка не зря занимает пост верховного магента Его Величества, он безошибочно определил в переступившем порог эльфе высокородного. И это удручало…

— Сын мой, — голос Фелриана был так же красив и глубок, как у моего парня, — надеюсь, ты с хорошими новостями?

— Отсутствие плохих новостей считается за хорошие вести? — уточнил Шандатиль.

— Корзу пока не удалось найти её, — понятливо кивнул Пресветлый. — Но это лишь вопрос времени. Зегмадс не упустит возможности удержаться на троне, ведь положение его шаткое. Корза погибла, подарив лишь сыновей… До сих пор дроу подчинялись мужчине лишь в надежде, что по достижении исчезнувшей наследницей восемнадцати лет она вернётся и займёт должное положение.

Он сжал ладони сына, и в теле Фелриана заклубилась болезненная ярость и разлилась кислотная тоска.

— Мы должны найти девочку первыми, Шандатиль! Это последняя надежда на спасение твоей дорогой сестры и моей любимой дочери.